Юлиана расслабляться не спешила и всё так же держалась возле Стаса. Антон Павлович посмотрел на нее, одним движением оказался рядом и, дернув за руку, направил к выходу.
- Живо уведи ее отсюда!
- Да, - протянул Стас, - извините. – Стас взял Юлиану за руку и направился к двери. – Кто ж знал, что вы по ночам не спите.
- Стоять! – сказал в спину Антон Павлович.
Юлиана прокляла несносный характер молодого воина, оставляющего комментарии в ненужный момент. Только она понадеялась, что смогла избежать неприятностей и быстро удалиться с глаз строгого начальника, как тот остановил их со Стасом едва они подошли к двери.
- Что это у тебя, кровь? – Антон Павлович смотрел на ногу Юлианы.
Она опустила взгляд на левую ногу. Бинты на ране сползли, от падения нога вновь разболелась, Юлиана снова захромала, а рана вскрылась и кровоточила, окрасив белый халат в красный цвет.
- Твоя рана! – Стас тоже заметил кровь.
- Ничего… - сказала Юлиана, но ее перебил Антон Павлович.
- Принеси бинты, Стас, так она далеко не уйдет.
Пока Стас отсутствовал, Антон Павлович усадил Юлиану на скамейку и осторожно стянул с бедра ткань халата и старые бинты. Щеки Юлианы залились румянцем, она невольно сжалась под взглядом сурового мужчины.
- Что, путана смущается? – усмехнулся Антон Павлович, заметив как неловко было Юлиане. Но тут же он сосредоточился на ране. – Надо обработать.
Вернувшийся к этому времени Стас без лишних слов протянул все необходимые медикаменты и бинты.
Антон Павлович уверенно обработал рану и перетянул ее бинтом. Его движения были грубее по сравнению с опытным врачом, но действовал он осторожно, пытаясь не навредить Юлиане, а от его прикосновений, по ее телу пробегали мурашки. Она замерла, боясь даже посмотреть на мужчину, но все же опустила на него глаза. Антон Павлович заправил прядь еще мокрых черных волос за ухо, они касались плеч и доходили почти до лопаток. Кожа была белой с едва виднеющимся коснувшимся его легким загаром. Юлиана уловила его изучающий взгляд на своем теле. Антон Павлович заметил все порезы, все ссадины и все синяки, которые открывались взору из-под одежды.
- Что ж за клиенты с тобой так обращаются? – его голос стал тише, глаза больше не сжигали в водовороте гнева, но все равно были очень строги. Юлиана не поняла, спрашивал ли он или лишь думал вслух, от неловкости всей ситуации она едва находила место, но от страха не шевелилась, даже дышала с трудом.
- Раны еще свежие, - заметил Антон Павлович.
- Всё, спасибо, Антон Павлович, дальше мы сами! – Стас поспешил увести Юлиану.
- Стас, проводишь девушку, зайди ко мне.
- Да, – вяло отозвался Стас.
Прихрамывая на разболевшуюся ногу, Юлиана поспешила за Стасом. Он довольно улыбнулся, что удалось провести заместителя командира, и тот ни о чем не догадался. Начала успокаиваться и Юлиана. Она не спешила радоваться, пока не уйдет прочь от мужчины, сурово глядевшего им вслед, но произвольно выстроенная в его голове ситуация играла им на руку.
Уже в коридоре навстречу попался Женя. Заметив Юлиану со Стасом, он облегченно вздохнул.
- О! – позади него, уставившись на Юлиану, неизвестный мужчина вскинул на нее рукой. – Это она! Она! Я же говорил, что видел здесь девушку!
- Тише ты! – шикнул Женя. Но было уже поздно, на шум подошли несколько человек, среди которых были Семен и Тимур.
- Смотрите! Смотрите! А вы мне не верили.
Юлиана не понимала, когда успела попасться мужчине на глаза, и обескуражено переводила взгляд на окруживших ее воинов.
- А что, Антон Павлович уже в курсе о Юлиане? Мы больше ее не скрываем? – спросил Тимур.
- Что? – послышался сдержанный голос заместителя.
Стас вздохнул. Понимала и Юлиана, что в теорию о девушке на ночь он больше не поверит.
- Живо ко мне в кабинет, - голос его вновь начал сердиться. – Все!
Вместе с солдатами Юлиана последовала в кабинет Антона Павловича. Словно осужденная, она стояла посреди комнаты, прожигаемая строгим взглядом его глаз.
Стас стоял рядом и, если и нервничал, то совсем этого не показывал. Трудно было определить, что он чувствовал на самом деле. Он одновременно был и внимательным и полностью отрешенным. От вида его внешнего спокойствия сердце в груди Юлианы начинало биться еще сильнее, тревожные удары отдавались шумом в ушах и перемешивались с пульсирующей болью в теле.