Оксана потеряла ребенка. Косте дали срок. Потом девушка долго не могла прийти в себя. Не только физически, но и психологически. Целый год с Оксаной работал психолог, она посещала психотерапевтическую группу. Со временем девушка пришла в себя, начала жизнь заново. Боль утраты и предательства всегда будет с Оксаной, но она смогла с этим жить дальше.
Виктория вспомнила историю Оксаны и зашлась в рыданиях. Почему она такая дура? Почему она посмела считать свою жизнь убогой и отвратительной, когда сама видела, что бывает намного хуже? Вика и Оксана плакали на пару почти час. Слезы принесли неимоверное облегчение Виктории.
Оксана приходила каждый день, мать с Кариной через день. Вика очень попросила Татьяну Васильевну не сообщать Славе, что она в больнице. Совместно решили сказать, что Вика уехала в санаторий.
— Мам, я просто хочу немного прийти в себя, а мысли, тем более встречи со Славой не дадут мне этого сделать, – объяснила матери свое поведение Виктория.
Девушка начала есть. Ее желудок действительно пострадал из-за диет и голодовки, но врач сказал, что это поправимо. Также Вика сдала кучу анализов, начала принимать витамины. Немаловажную роль в этом сыграла Оксана. Сейчас они поменялись ролями, теперь Оксана стала для Вики спасительницей. Она же и убедила Вику посетить психолога.
— Викуль, я же вижу, что ты стараешься, но стоит тебе пройти мимо зеркала, так тебя прямо корежит всю. Или вчера на прогулке ты посмотрела на девчонку в платье и чуть не заревела. Я все понимаю, ты уже молодец, начала есть, но надо решить проблему в голове. Без этого ты просто опять сорвешься в эту яму отчаяния. И снова придет гнев и ярость.
— Тебе это тогда помогло? – грустно спросила Вика.
— Мне помогла ты. Если бы не ты, я бы тут не сидела. А уже потом помогли врачи и психологи. Ты просто представь, насколько ты прекрасный человек, я благодаря тебе дышу! И такой человек больше всего на свете нужен Каринке!
Вечером Вика робко постучала к Георгию Владимировичу, своему врачу.
— А, Виктория Алексеевна! Проходите, голубушка, что-то случилось?
— Я хотела извиниться, – потупила взгляд Вика, — за свое хамство и вообще.
— Да ну что вы, милая девушка! Я нисколько не обиделся, а сейчас и вовсе рад, вы прекрасно себя ведете, просто идеальный пациент! И анализы ваши намного лучше.
— Я хотела спросить... Вы говорили как-то про психотерапевта. А можно мне к нему попасть?
— Вы чувствуете обострение, вернулись плохие мысли? – встревожился врач.
— Нет, но... просто..., – слезы полились из глаз Вики.
— Ладно-ладно, Виктория, я же не отказываю вам! Обязательно познакомлю вас с нашим лучшим специалистом, по совместительству моим хорошим другом! Завтра же после обхода отведу вас к нему, – поспешил успокоить пациентку Георгий Владимирович.
— Спасибо, – прошептала Вика.
Ночью Вике снилась дочка. Только Каринке во сне было на вид лет семь-восемь. Они с Викой шли по парку и обсуждали деревья, птиц, облака, соседского мальчишку, с которым Карина планировала обязательно поженится, когда вырастет. Дочка спрашивала у Вики, зачем задают так много уроков, почему береза осенью желтеет, а рябина краснеет и еще кучу-кучу всего. Вика смеялась и объясняла дочери, что могла. Сон был такой четкий и правдоподобный! И с удивлением Виктория видела себя во сне почти прежней, с полными, но красивыми формами и с новой стрижкой, которая необыкновенно ей шла.
Вика проснулась с улыбкой на устах. Девушке даже немного непривычно было вновь чувствовать улыбку на губах, привыкших к рыданиям.
Георгий Владимирович отвел Викторию к своему другу. "Серафим Антонович Красовский", – прочитала табличку на кабинете Вика.
— Прямо ангел, – произнесла девушка.
— В каком-то смысле, – улыбнулся Георгий Владимирович.
Врач Вики представил свою пациентку другу и деликатно удалился. Виктория немного поежилась. Она никогда не бывала у специалистов такого профиля, поэтому не знала, как себя вести. Но Серафим Антонович сразу смог расположить к себе. Предложил чаю и в спокойной обстановке вел неторопливую беседу с Викой. На удивление, Виктория совершенно не стеснялась проговаривать постороннему человеку свои мысли и чувства, не лукавила и не приукрашивала. От психолога веяло такой душевной теплотой и участием, что Вика даже пару раз пошутила под конец беседы. Юмор, правда, был черный, но тем не менее.
— Виктория, я буду рад, если вы снова составите мне компанию за чашкой чая, когда вам будет удобно, – улыбнулся врач.