Рейну ничего не оставалось, как согласиться, и скрепя сердце направиться к выходу. Но не успел он коснуться двери, как та сама раскрылась. На пороге стояла раскрасневшаяся и до смерти перепуганная Шиона.
Радостная улыбка, едва коснувшись её губ, исчезла, стоило ей увидеть хозяйку кабинета.
Первые мгновения меня словно парализовало. Внутри одно на другое нахлёстывались совершенно полярные чувства: безумное счастье, панический страх, надежда, что скоро всё закончится, и осознание того, что так просто нам отсюда не выбраться.
Но и с мечтой занять моё место теперь её святейшество может распрощаться. Не уверена, что Даггерти проникнется чувствами к потенциальной убийце своей жены и собственного ребёнка.
Поборов в себе желание схватить Рейна за руку и броситься прочь, шагнула внутрь, понимая, что добраться до выхода всё равно не успеем. По первому же зову этой психопатки сюда сбежится вся местная «рать».
По-видимому, та же мысль посетила и Рейна. В отличие от меня, он умел реагировать быстро. Я даже не успела уловить момент, когда у него в руке оказался небольшой парализующий бластер. Почти безвредная игрушка. Но это всё же лучше, чем ничего. Онна тоже не ожидала столь коварного выпада со стороны мужчины, которого она якобы любила, и нервно вздрогнула, увидев направленное на неё оружие.
— Пожалуйста, ваше святейшество, — нарочито вежливо обратился к маньячке Рейн, — выйдете из-за стола. Так, чтобы я видел ваши руки.
— Или что? Будете стрелять, коммодор? — с вызовом бросила лже-святейшество.
— Если понадобится — не сомневайтесь, — заверил её Рейн таким тоном, который лично у меня не оставил сомнений в его решимости.
Онна нехотя повиновалась и, не спеша, обогнув стол, встала возле окна, сверля меня ненавидящим взглядом. Как ещё дыру не прожгла.
— Расскажи ему, — потребовала я, но ответом мне было молчание. — Расскажи, как собиралась украсть мою жизнь!
Видимо, на сегодня её святейшество исчерпала лимит откровений и теперь старательно прикидывалась глухонемой, не желая признаваться в своих омерзительных поступках.
— Нет? Значит, расскажу я.
Конечно, живописать всю историю своего двойника я не стала, не было на то сейчас времени. Рассказала лишь, что каким-то образом Онна намерилась присвоить себе моё тело и превратиться в лиэри Даггерти.
— Но зачем?!
На Рейна было жалко смотреть. Когда закончила, он имел настолько бледный вид, с лёгким синеватым оттенком, что любой покойник, только взглянув на него, удавился б от зависти. Видать, перспектива стать супругом экс-Провидицы Радамана его не привлекала.
— Так и будешь молчать? — Я из последних сил боролась с желанием подскочить к Онне и сорвать с её лица дурацкую вуаль.
Как будто не понимает, что прятаться теперь бесполезно.
Терпение мужа было на исходе. Витиевато выругавшись, он нервно выкрикнул:
— Кто-нибудь мне ответит?! Я хочу знать, что здесь происходит!
Онна, наконец, отмерла. Тонкие пальцы коснулись воздушной ткани и откинули её назад, обнажив лицо. Сейчас оно было искажено ненавистью, отчаяньем, бессильной яростью.
План, так долго вынашиваемый, нежно лелеемый, рухнул в один миг. Теперь ни одно из желаний, рождённых её воспалённым сознанием, не могло осуществиться.
Провидица это понимала. Воспользовавшись шоком Рейна, резко метнулась в сторону. Не знаю, что она намеревалась сделать: поднять тревогу или, быть может, тоже схватить оружие, чтобы поквитаться со мной за все свои невоплощённые надежды. Я нисколько не сомневалась: так просто Провидица меня не отпустит. Пусть Рейн ей теперь не достанется, но и мне быть счастливой с ним она не позволит.
Все эти мысли уложились в какую-то наносекунду. Я было бросилась Онне наперерез, но Рейн меня опередил, остановив её святейшество одним точным выстрелом из бластера.
Моя копия рухнула как подкошенная. Скорее всего, она бы быстро пришла в себя, если бы при падении не умудрилась основательно приложиться головой о стол, прямо об его острый угол. Кажется, у липовой Провидицы пошла чёрная полоса.
А вот у меня — белая. Потому что опомниться не успела, как оказалась в объятиях мужа, ощутила нежность его поцелуя, на одно чудесное мгновение позабыв об ужасах, что испытала сегодня по вине своего двойника.
— Я до сих пор ни беса не понимаю. Как она… ты… — Рейн не находил слов, чтобы выразить своё смятение. Да мне и самой до сих пор не верилось, что всё это происходит на самом деле.