Словно прочитав мои мысли, Рейн усмехнулся:
— Было такое искушение — выбросить его из машины. Сам удивляюсь, как сдержался.
— Мой герой, — приподнявшись на носочках, в благодарность за подвиг и выдержку поцеловала мужа в щёку.
— А ещё человек, устроивший побег преступнику. Вернее, двум, — покосился на меня благоверный. В синих глазах, несмотря на всю серьёзность нашего положения, плясали смешинки. Взяв за руку, Рейн провёл по моей ладони большим пальцем, задержавшись на едва различимом рубце на месте удалённого чипа. — Осталось ещё незаконно проникнуть на транссистемный лайнер, чтобы завершить картину наших правонарушений. Хотя после всего, что произошло, — это уже такая мелочь.
Попрощавшись с профессором Дартом, мы отправились на посадку в шаттл.
Если бы не Рейн, не помощь его друзей и вмешательство Фейруса, ни я, ни Авен ни за что бы не покинули тогда планету. Только любовь мужа, его отвага, готовность пожертвовать ради меня всем подарили мне шанс на спасение и возможность обрести счастье в новом мире.
Вместе с любимым.
Эпилог
Четыре года спустя
Из-под празднично накрытого стола раздавалось сосредоточенное хрумканье. На носочках подкравшись ближе, я наклонилась и приподняла угол скатерти.
— Попался!
Под столом обнаружилась перепачканная в шоколаде моська. Малыш испуганно захлопал ресницами, при этом не забывая активно работать челюстями, стараясь за считанные секунды уничтожить вещдок. Торман наивно полагал, что в таком случае мама не догадается, чем это он тут занимался.
Ещё одно доказательство вины негодника было зажато в маленьком кулачке. Покрытая глазурью фигурка из песочного теста, уже успевшая лишиться и головы, и руки.
Опять стащил с кухни сладости и опять накрошил под столом!
— Торман! — Попыталась схватить малолетнего проказника за ногу, но тот, пронзительно завизжав, так, что у меня чуть уши не заложило, швырнул свой трофей на пол и принялся шустро уползать в противоположном направлении. А выбравшись из-под стола, рванул через распахнутые двери в сад.
Поймать разбойника удалось где-то на полпути к беседке. Брыкающегося, понесла его в ванную. Сначала умывать, а потом переодевать. Во второй раз за этот вечер.
— И не стыдно тебе так себя вести? Что подумают дедушка с бабушкой?
В ответ Торман весело захихикал и бойко замотал головой.
Рейн утверждает, что характером сын пошёл в меня. Я же уверена, что в него. Зато дочку Даггерти гордо величает своей копией. Почему? Непонятно. Как по мне, наш белокурый ангел, которому сегодня исполняется годик, во всём похожа на маму. У Ильвы мои глаза, такие же задорные светлые кудряшки, как у меня в детстве, маленький курносый носик. Хотя да, улыбка у неё всё-таки папина.
Вот уже четыре года мы живём на Минаре. Свободной, независимой от Федерации планете. Во время той давней экспедиции, когда я думала, что потеряла Рейна навсегда, он даром времени не терял. Успел завести полезные знакомства, благодаря которым мы и смогли здесь обосноваться.
Поначалу было тяжело, непривычно. А потом… Всё как-то незаметно встало на свои места. Появилась работа, друзья. Нас окружал новый, неизведанный мир, который мы только-только начали открывать. Непохожий ни на Арию, ни на Радаман.
Но я верю, что дом там, где твоя семья. Куда тянется твоё сердце. Моё и Рейна уже давно принадлежали этому месту.
Сегодня у нас двойной праздник. День рождения Ильвы и долгожданная встреча с моими родными. Впервые за долгие шесть с половиной лет я наконец-то увижу родителей, Каори и Веана. Познакомлюсь со своими племянниками и новоиспечённой супругой брата.
Для моих родных это первое межсистемное путешествие. Поэтому последние три недели я не находила себе от волнения места. Но, к счастью, полёт прошёл успешно. Рейн отправился за ними в космопорт, прихватив и дочку. Любит он таскать её с собой.
Гости вот-вот должны прилететь, а этот негодник уже вторую рубашку вымазал! Ну точно в папу пошёл.
Сегодня ночью мне опять приснился сон. Одно из воспоминаний, принадлежавших Онне. Последнее время проявляются те нечасто, но полностью избавиться от прошлого другой Шионы, наверное, так и не удастся. Частичка неё всегда будет жить во мне. А частичка того Рейна — в моём муже. Они оседают в наших сердцах хлопьями пепла. Напоминанием о том, что могло стать и нашей судьбой и чего мы сумели избежать. Мы учимся на их ошибках, чтобы в будущем не совершать подобных.
Признаюсь, первый год я жила в постоянном страхе. Боялась, что Онна и здесь до меня доберётся. Неожиданное известие изменило всё. Как сейчас помню то утро, когда мы узнали, что её святейшество трагически погибла. Наложила на себя руки.