— Ну а ты-то как? Как твои дела?
— Ты просто хочешь сменить тему, да?
— Ну а что тут еще можно добавить? Это односторонняя история.
— И ты даже не думаешь, что у него всегда могли быть секреты?
Нахмурившись, я поставила кружку на барную стойку.
— Что ты имеешь в виду?
— А то, что ему двадцать восемь лет, он сын покончившего с собой махинатора, работавшего по «схеме Понци», и уже успел отщепить себе основательный кусок Манхэттена. — Кэри вызывающе выгнул бровь. — Вот о чем стоит подумать. Не кажутся ли тебе эти моменты взаимоисключающими?
Опустив взгляд, я отпила кофе, не сознаваясь в том, что и сама не раз и не два задавалась похожими вопросами. Богатство Гидеона и впрямь было ошеломляющим, особенно с учетом его возраста.
— Не могу представить себе, чтобы Гидеон обманывал людей, нет, хотя согласна с тем, что добиться достигнутого им законными путем более чем сложно.
— Со всеми его секретами можешь ли ты быть уверена, что знаешь его достаточно, чтобы выносить такие суждения?
Я подумала о мужчине, который провел со мной ночь, и с облегчением поняла, что уверена в своем ответе — по крайней мере, на настоящий момент.
— Да.
— Хорошо, если так, — пожал плечами Кэри. — Вчера я разговаривал с доктором Трэвисом.
При упоминании психотерапевта из Сан-Диего направление моих мыслей мигом переменилось.
— Да ну?
— Ага. Я и впрямь основательно напортачил той ночью.
По тому, как взволнованно он отбросил упавшие на лицо пряди, стало понятно, что речь идет об оргии, на которую я наткнулась прошлой ночью.
— Кросс сломал Йену нос и рассек губу, — добавил он, напомнив мне о том, как отреагировал Гидеон на наглую попытку этого… дружка Кэри заставить меня присоединиться к групповухе. — Я вчера заходил к Йену. Видок у него такой, словно он физиономией к кирпичу приложился. Он спрашивал, кто его разукрасил, чтобы можно было вчинить иск.
— Ох! — На пару секунд у меня перехватило дыхание. — Ну и хрень!
— Да уж. Миллиардер плюс судебное разбирательство. Это точно та еще хрень. И каким только долбаным местом я тогда думал? — Кэри зажмурился и потер глаза. — Ну ладно, я все равно ему сказал, что не знаю парня, который ему врезал. Будто бы ты подцепила его где-то и приволокла домой. Кросс так стремительно напал на него, что он ни черта не видел и опознать его все равно не сможет.
— Он, может, и не сможет, но те две девицы глаз с Гидеона не сводили.
— Они вылетели за ту дверь. — Кэри указал на противоположную сторону гостиной, как будто захлопнувшаяся за гостьями дверь все еще вибрировала. — Упорхнули, словно адские летучие мыши. В любом случае им до наших разборок дела нет, да никто из нас ничего про них и не знает. Если только Йен случайно на них не наткнется, все будет на мази.
Я непроизвольно потерла живот, ощутив нервную дрожь. Ну все время что-нибудь, да не так.
— Буду держать ситуацию под контролем, — заверил меня Кэри. — Вся эта ночная история прозвучала для меня, как звонок будильника, а разговор о ней на сеансе терапии открыл передо мной определенные перспективы. Побывав у доктора, я отправился к Трею. Попросить прощения.
Упоминание имени Трея меня опечалило. Я надеялась, что Кэри сумеет выстроить со студентом-ветеринаром настоящие отношения, но он опять все испортил. Как всегда.
— Ну и как?
Кэри снова пожал плечами и после некоторого замешательства ответил:
— Один раз я обидел его, потому что я придурок. А потом обидел снова, уже вчера, пытаясь все исправить.
— Ваши отношения разорваны? — Я взяла его за руку и сжала ее.
— Скажем так: они серьезно охладились. До температуры льда. Он хочет, чтобы я был геем, и только. А я не хочу.
Больно было слышать, как кто-то хотел, чтобы Кэри был кем угодно, только не самим собой, и я никак не могла взять в толк почему и зачем. По моему разумению, Кэри был хорош таков, каков есть.
— Мне так жаль, Кэри.
— Да и мне тоже, потому что он замечательный парень. Просто я пока не готов ко всем напрягам и требованиям непростых отношений. У меня работы выше крыши. И не такое стабильное положение, чтобы еще всю дорогу переживать да дергаться. — Он поджал губы. — Может, тебе тоже стоит над этим поразмыслить. Ведь мы с тобой оба пребываем в некотором раздрае. И нуждаемся в том, чтобы все как-то устаканилось.
Я кивнула, понимая, откуда это берется, но не возразила. Однако сама я была полна решимости до конца разобраться в наших с Гидеоном отношениях.
— А с Татьяной ты тоже разговаривал?
— Так ведь нужды нет. — Он погладил большим пальцем мои костяшки и отпустил руку. — С ней все просто.