– Привет, доча… – так же тихо ответил он. Сняв очки и помассировав переносицу, мужчина устало спросил: – Ничего не хочешь мне рассказать?
Ася сглотнула и ответила быстро, словно в омут нырнула:
– Я прошла через слияние.
Он помолчал, обдумывая дальнейшие слова. Родителей всегда беспокоил тот факт, что Ася отраженная, и она это знала. Отец сумел вовремя замять ее дело тогда, в далеком детстве, так что хоть в документах и значился статус девушки, ни в каких исследованиях ее так ни разу и не пригласили участвовать.
И Ася была благодарна ему всю свою недолгую жизнь за этот призрачный шанс нормальной жизни. Пусть в решающий момент это и не сыграло никакой роли.
– Значит, нашлись-таки.
– Да.
– Сама искала? Или?.. – он неопределенно махнул рукой. Ася не поняла, что он имел в виду, и потому так же неопределенно пожала плечом.
– Так вышло…
– И потому мне написал какой-то мужик, который даже не удосужился представиться? – сидя все так же неподвижно, прорычал мужчина.
Папа злился. И невооруженным взглядом было видно.
– Кто этот черт? С кем ты связалась, Настя?
– Его зовут Кирилл. Мы… – Ася замялась, не зная, как объяснить это отцу. – Познакомились в издательстве, где работает Лиза.
– Как тебя туда занесло? – поморщился отец. Девушка сглотнула, понимая, что и об этом тоже придется рассказать.
– Я пишу рассказы. Давно. И Лиза взяла один, для конкурса. А Кир… Он был одним из судей.
– Дальше.
Ася замялась, мысленно пытаясь подобрать правильные слова. Папа не выдержал первым:
– Настя!
– Мы сходили на несколько свиданий, – быстро затараторила она, сжимая в кулаке края свитера. – А потом он захотел меня познакомить с кем-то. Я думала, это будет его мама. А потом… Я увидела портрет, где он маленький! И там была девочка, очень похожая на меня. А потом… Я просто очнулась в больнице.
– В больнице? – Асе показалось, что она слышала хруст его пальцев, сжимающихся в кулак.
– Да. Кир оплатил мое пребывание на время реабилитации. А потом… просто отпустил.
– Просто отпустил? – отец снова повысил голос.
– Да.
– Почему?
– Потому что он очень любил свою сестру! – не выдержав, крикнула Ася в ответ.
Сказанные слова резко отразились от стен. Они резонировали, дрожали, прыгали вокруг нее. Они касались кожи, вызывая мурашки, и в то же время больно впивались в волосы, принося боль.
Почти физически ощущаемую боль.
Ася опустила лицо, чтобы папа не увидел ее чувств, которые наверняка отразились в глазах. Она сама не знала, что ей с этим делать, и не хотела, чтобы отец знал. О том, насколько сильно она и Тася похожи в собственных чувствах.
Отец молчал. Долго. Слишком долго.
– Знаешь, – наконец, медленно произнес он. – Я всегда считал тебя умной девочкой. И всегда надеялся, что ты будешь достаточно умна, чтобы быть осторожной. – Он встал, обошел свой стол и осторожно поднял Асю на ноги, пряча в своих объятиях. – Но я совсем забыл о том, как беззащитно бывает сердце, когда влюбляется. И как теряют разум умные девочки, чье сердце украдено.
Ася всхлипнула раз, второй. Но не смогла сдержаться, когда отец осторожно поцеловал ее в макушку. Вцепившись в его теплую домашнюю кофту, из которой она когда-то давно строила себе шалаш, Ася прижалась лицом к родному плечу и громко, с надрывом заревела.
***
До Нового года оставался почти месяц. Но мама уже начала подготовку. Кухня была доверху забита всевозможными продуктами, и этим количеством можно было бы кормить роту солдат. Неделю. А маме все казалось, что чего-то не хватает, и отец вновь и вновь пытался ее успокоить.
Мама долго плакала, когда Ася рассказала ей о том, что прошла слияние со своим отражением. Девушка так и не смогла понять – от счастья или нет. Но, судя по тому, как загорелись глаза женщины в один момент, в ее прекрасную седеющую голову уже закралась мысль о внуках.
Удачно совпало, что сегодня была суббота. Завтра Ася планировала вернуться в город, работу никто не отменял. Сегодня же у нее выдался свободный день, который девушка решила провести на берегу ближайшей речки.