— Чего сегодня сварить?.. Гречку?
— Ну давай гречку.
— А может, рис лучше?
— Можно и рис.
— А не надоело? Все рис да рис, может, все-таки гречку?
— Ну что же, давай гречку.
Стасик надолго запомнил один случай, когда он поступил на свой страх и риск, и что из этого вышло. Уходя в маршрут, мы обычно привязывали Арарата на аркан, а остальных лошадей просто путали, и они спокойно паслись рядом с Араратом до самого вечера. Стасик помнил, что привязывать надо только одну лошадь, но по своей рассеянности забыл, какую именно. Он посадил на аркан старого мерина Тарапула. Арарат, конечно, сразу же задал стрекача. И даже Тарапул, увидев, что остается совсем один, оторвал аркан и убежал.
Лошади всегда убегают к дому, а если они уже давно забыли, где дом, - то туда, откуда пришли в последний раз. Они затрусили неторопливой рысцой по отливной полосе, вдоль скалистого берега. Путь был один - узкий коридор между обрывом и океаном. И Стасик потрусил за ними. Прибавит он шагу - и лошади переходят на галоп. Остановится - и они снова бегут рысью. Попытался было Стасик приманить их камнем - авось примут за хлеб! - да куда там. Попробуй переубеди коня, который видит, что ты за ним гонишься! Дать им успокоиться, а потом обогнать? Но полоска песчаного пляжа так узка, что на ней трудно разминуться двум вьючным лошадям.
Стасик очень надеялся, что коней остановит непропуск. Он просто-напросто забыл, что кони умеют плавать! Какова же была его растерянность, когда беглецы без колебаний вошли в едва плещущую, спокойную воду и через мгновение скрылись по ту сторону мыса.
А Стасик плавать не умел. Ему пришлось карабкаться по скалам, то и дело срываясь и падая в воду.
Оставалась единственная надежда - в устье большой реки песчаный пляж сильно расширялся. В этом месте обойти лошадей и постараться повернуть их обратно. Но до устья пятнадцать километров!
В обратный путь Стасик ехал верхом на Тарапуле. Без седла и в мокрых штанах. Старческая рысца Тарапула, мало того что вытрясла из Стасика всю душу, она еще и... ну в общем случилось то, что и должно было случиться, когда рысью долго едешь на неоседланном коне в мокрых штанах.
Когда мы вернулись из маршрута, Арарат щипал травку с арканом на шее, Тарапул и Рыжий как ни в чем не бывало паслись рядом с ним, ужин был готов, а Стасик суетился около костра в совершенно сухой одежде. Ничего не говорило о произошедшем приключении. Кроме, пожалуй, одного. У Стасика слегка изменилась походка. Он шагал вразвалочку, широко расставляя ноги. Но не совсем так, как расставляют их моряки, привычные к качке.
От неприятной обязанности торчать в лагере Стасика и Женьку неожиданно избавил Серега. Однажды он предложил: "Давайте дежурить по три дня подряд". Женька принял это предложение с восторгом.
— Да дежурь ты хоть пожизненно!
Пожизненный дежурный
...Маршрут сегодня не далекий. Мы ищем окаменелые раковины в обнажении прямо около лагеря.
У Стасика поиски раковин были любимым занятием. Самозабвенно вгрызался он в обнажение и перебирал, перебирал обломки... Время от времени с его стороны слышался грохот. Обгоняя осыпь, поднимая тучи пыли, кубарем скатывался он с обнажения и еще издалека, задыхаясь от радости, кричал:
— Во, смотри, какую нашел! Такой у нас еще не было!
И поэтому когда Серега, подойдя к нему, сказал: "Эй ты, сбегай-ка за дровами, а то мне от костра отойти нельзя", - это не вызвало у него никакого энтузиазма. Он насупился и долго стоял молча, боясь отказать Сереге, потом решился:
— Не пойду! Я - в маршруте!
Все понемногу привыкли к тому, что Серега дежурит, не ходит в маршруты. А ему и это сидение в лагере становилось все больше в тягость. В ясную погоду еще терпимо. Работы хватает часа на три. Остальное время Серега сидел и мечтал, что он сделает, когда приедет домой. Он узнал, в какой стороне дом, и однажды даже лазил на гору - не видно ли хоть какого-нибудь жилья. Ничего утешительного он не увидел - кругом, насколько хватало глаз, были видны только сопки да тайга. Но все-таки на душе у него стало легче, как будто и в самом деле побывал в городе.
В дождливую погоду в лагере тоскливо. Кругом все такое липкое, мокрое, противное, не хочется ни к чему прикасаться. "Пожизненный дежурный" стоит уныло, втянув голову в плечи, безнадежно согнувшись над костром, чтобы хоть как-то укрыть от дождя еле тлеющие головешки. Дрова мокрые, шипят и никак не хотят разгораться. Серега уже пробовал передвигать их и так и эдак, дул на угольки и махал над ними крышкой от кастрюли - костер по-прежнему дышал на ладан. Конечно, можно было бы поискать дрова посуше, да где их найдешь сейчас, посуше-то? Отовсюду капает. Когда стоишь неподвижно, то на тебе вроде все согревается, а только попробуй пошевелиться... бр-р-р... мерзость...