Он помог эльфу освободиться от ноши и осторожно положил сверток на стол. Добби забрался на спинку кресла и настороженно следил за всеми действиями мага.
— Мы не будем трогать этот артефакт руками. Я разверну ткань магией. Сиди тихо, эльф.
Зельевар аккуратно раскатал сверток палочкой. Вот обнажилась одна из граней сосуда, вырезанного из целого куска драгоценной яшмы. Домовики непроходимо тупы. Спутать редкий камень с банальным хрусталем!
… Сила, сидящая в магическом сосуде, ожила под воздействием заклинаний зельевара и выплеснула из себя сгусток, оставшийся там после последней встречи с этими милыми, но уж очень надоедливыми человеческими существами…
Глава 46
— Самое странное, что они все-таки начали падать, — озадаченно произнес Люпин, сворачивая вчерашнюю «The Morning Chronicle».
— Ничего странного, Люпин. Исследование первой же тушки дало предельно простое объяснение означенному феномену, — лениво растягивая слова, возразил Люциус Малфой.
— Мистер Снейп, так вам удалось разгадать тайну этих тварей?
— Да. Удалось. И вы могли узнать об этом еще четверть часа назад, если бы не галдели.
Совет примолк, с любопытством уставившись на зельевара.
— Так, — начал Снейп, копаясь в своем мешке для бумаг, — собственно, вот, что мешает им теперь летать.
Он высыпал на стол перед удивленными слушателями пригоршню каких-то тускло-серых шариков.
— Это что? — спросил Ремус, осторожно взяв один из них на ладонь.
— Оружейная дробь фирмы «Коллин» ЛСТ номер пять. Содержание свинца девяносто четыре процента, шесть процентов сурьмы.
— А серебро? — жадно спросили близнецы Уизли.
— Отсутствует, — лениво покачал головой Малфой. — Северус тоже сначала удивился, а потом сообразил…
— Люциус, не надо меня рекламировать.
— Если не я, то кто? — усмехнулся тот, но замолчал.
— Но ведь простая дробь не могла убить темномагическое создание? Или я чего-то не понимаю? — Люпин страдальчески перекосил брови.
— Она и не убила.
— А что тогда?
— Она изменила его вес. И заряд магии, обеспечивающий его полет, оказался недостаточен для того, чтобы это нафаршированное свинцом чучело могло летать и дальше.
С минуту за столом совещаний царила ошеломленная тишина. Потом кто-то робко хихикнул, и уже скоро весь Совет разразился смачным хохотом…
…Суперагент Джонс вышел на связь спустя неделю после первой встречи и кратко посоветовал Люпину хоть иногда читать новости в магловских газетах. После чего растворился в неизвестности. Впрочем, он обещал вернуться.
Обеспечить магический мир магловской прессой было поручено хитроумным Уизли. И они блестяще справились с задачей.
Поначалу ничего особенного в газетах немагической Британии не наблюдалось. Пожалуй, все началось с восторженной статьи о ремейке блокбастера по мотивам романа «Птицы». Книжка содержала в себе описание вымышленной истории о том, как птицы объединились в хищные стаи, чтобы покончить с господством людей на земле, и начали убивать всех, кто попадался им под крыло. На фоне недавних событий в Лондоне и его окрестностях эта сказочка больше походила на мрачную реальность.
Публика возбудилась.
Потом проскочило несколько публикаций о воронах, их разновидностях и среде обитания с обилием малоприятных подробностей. Следом появилось интервью древнего и, видимо, выжившего из ума профессора орнитологии, которого напористые репортеры раскрутили на красочное описание кровавых пиршеств воронья на полях сражений средневековья…
И началось.
Второй и третий тираж опуса Дафны дю Морье смели с прилавков за считанные часы. Экранизация Хичкока уверенно побила все рекорды и твердо засела в верхней строке всех кинотаблоидов Британии и ее окрестностей. Необычное нашествие пестрого воронья, принятое вначале с недоумением и усмешками, неожиданно получило статус вражеского вторжения.
И мир маглов в страхе и ярости схватился за оружие!
В самом прямом смысле этого слова. Охотничьи клубы, несмотря на солидные суммы взносов и прочие поборы, мгновенно разбухли от вновь вступивших охотников. Прилавки оружейных магазинов враз опустели. Фермеры и жители пригородов вытащили из чуланов и чердаков дедовские бюксфлинты, приобрели для них подходящие боеприпасы и встали на защиту родной земли от пернатой нечисти. Предприимчивые торговцы, распродав огнестрельный арсенал, быстро принялись рекламировать холодное стрелковое оружие. Луки и арбалеты разошлись с той же скоростью, что и охотничьи ружья. Впервые за последние тридцать лет королевская таможня начала задерживать нелегальные грузы с боеприпасами, запчастями, струнами и стрелами!