На всякий случай он привязал всех четверых к носилкам магическими веревками. Всякое бывает. Некоторые при потере магии впадают в буйство, но сейчас их некогда успокаивать. Теперь — скорее в Хогвартс! Взмах палочки — и носилки поднялись в воздух. Снейп встал во главе скорбной колонны и заклинанием потащил ее за собой.
Вдруг резкий слепящий свет ударил его по глазам. Зельевар резко развернулся и угрожающе выставил вперед палочку. Носилки неторопливо проплывали мимо него на уровне пояса.
— Нокс! — выкрикнул зельевар.
Свет послушно вырубился, и наступившая тьма ударила по глазам гораздо эффективнее предыдущей иллюминации. Перед глазами полуослепшего мага закружились радужные пятна и огненные колеса. Не имея возможности что-либо рассмотреть и опасаясь нападения, он сделал шаг назад, запнулся за что-то и рухнул навзничь, беспомощно дрыгнув ногами в воздухе.
Внизу у озера на несколько мгновений послышалась невнятная возня, треск ломаемых ветвей, шуршание, голоса. В кустах раздались полузадушенные счастливые вопли:
— «Гарри Поттер и узник Азкабана». Кадр восемьдесят два, дубль один. Снято!!!
— Классно!
— Валим быстрее, пока он от силков не отцепился!
Барахтаясь в мокрой траве, Снейп успел заметить, как носилки, набирая скорость, влетели в распахнутые ворота замка и скрылись в глубине двора. Вслед за ними туда же проследовала небольшая стайка студентов с какими-то треногами и шестами в руках. Застывший неподалеку Дурсль вдруг схватился за голову и бегом припустил к хижине Хагрида.
Зельевар задохнулся от ярости. Опять его разыграли как мальчишку эти чокнутые кинематографисты с идиотом Криви во главе!
Он вскочил, но неведомая сила вновь дернула его за ноги, и Снейп опять покатился в мокрую траву. Поняв, наконец, что его держат какие-то гибкие стебли, он быстро отсек их заклинанием и ринулся к входу в замок.
«Нет, голубчики! Так легко вы от меня не уйдете!»
Зельевар ворвался в холл перед большим залом и быстро осмотрелся. Где-то примерно на уровне четвертого этажа стучали быстрые шаги, но тут внизу явно кто-то был. Оставили наблюдателя? Ну, сейчас он мне ответит «один за всех»! А потом посмотрим, рискнут ли они «все на одного»!
— Гоменум ревелио!
Невидимое крыло порыва ветра унеслось в дальний угол холла и вернулось оттуда с явственным стоном. Значит, соглядатай, в том углу? Чем бы его угостить? Снейп колебался лишь мгновение.
— Левикорпус!
И сразу в ответ вскрик человека, которого застали врасплох. Снейп зло улыбнулся. Его заклинание попало в цель! Еще даже не видя свою жертву, Снеп прекрасно представлял себе испуганное лицо, быстро краснеющее от прилива крови, судорожно болтающиеся в воздухе ноги, вытаращенные от страха глаза… Месть сладка! Пусть повисит. Из-за дальней колонны вдруг вылетел красный луч Ступефая и врезался в нишу с доспехами, которые сплющились от удара с кастрюльным грохотом.
Ого! Его пока еще невидимый противник пытается колдовать вверх ногами? Только этого не хватало. Еще и заорет, чего доброго, и ползамка перебудит.
— Экспелиармус! Силенцио!
Лишив плененного палочки и заткнув ему рот, зельевар осмотрел холл на предмет наличия других нарушителей порядка и не спеша прошел за колонны, чтобы полюбоваться видом пленника. Хорошо бы это оказался поганец Криви!
Действительность превзошла его самые смелые ожидания. За колоннами, схваченная за лодыжку изобретенным им когда-то заклинанием, извиваясь всем телом, с подолом мантии на голове висела представительница неопознанного факультета школы Хогвартс, а также одна из лучших воспитанниц обители Матери и прогульщица последнего занятия по ЗОТИ — студентка Шаннах!
— Ё-моё! — только и выдавил из себя незадачливый охотник за нарушителями. Его мгновенно бросило в пот и следом неприятно заныло ребро, сломанное пресловутым «Клювом цыпленка» пару недель назад.
— Что вы тут делаете, мадемуазель?
Губы Шаннах в ответ выразительно зашевелились. Если бы зельевар владел искусством чтения по губам, то узнал бы о себе и о своих предках много нового. Начиная от происхождения и заканчивая их сексуальными предпочтениями всех цветов и оттенков.
— Либеракорпус! — опомнился, наконец, Снейп, сообразив, что является невольным созерцателем того, что у женщин обычно скрыто под мантией и предназначается для мужских глаз только в строго определенных и, как правило, несколько более интимных обстоятельствах. От смущения он забыл добавить Амортизирующие чары, и девушка весьма чувствительно шлепнулась на пол.