Гарольд и Гарри обнялись.
— Я постараюсь справиться, брат…
— Помни мои советы. Я надеюсь вернуться к вам месяца через три-четыре. Но сам понимаешь, там сейчас все не просто…
— Я буду ждать тебя.
— До свидания.
Гарольд оглянулся по сторонам.
Драко уже простился и стоял неподалеку.
Луна все нашептывала что-то Айрин, и когда-то суровая амазонка смущенно хихикала и закрывала лицо ладошкой.
А Гермиона?
Грейнджер стояла под навесом, смотрела в их сторону, но подходить не торопилась, а может и совсем не собиралась. Гарольд впился в нее взглядом. Она заметила это и скрылась за пологом палатки. Гарри рядом с ним печально вздохнул. Он тоже все понял.
Гермиона не простила его. Она не смогла пересилить себя и подойти к бывшему возлюбленному, с которым, весьма вероятно, больше никогда не увидится.
— Ты пытался с ней поговорить?
— Она не разговаривает со мной.
— Ладно. Время все лечит.
Они еще раз обнялись и Гарри увлек Айрин к ковру-самолету. Они встали на его середину и вытащили палочки. Гарри — свою настоящую, а Айрин — магический муляж, который, подпитываясь магией младшего Поттера, мог выполнять простейшие заклинания, чтобы поданные не усомнились в способностях своей королевы.
— Левио!
Ковер-самолет взлетел и быстро превратился в точку на закатном небе. Принц и принцесса спешили на свою коронацию.
* * *
— Внимание! Не будем терять времени! Разматывайте тюк и вытаскивайте ковры. Расстилайте их на земле и грузите на них самые необходимые вещи, воду и продукты. На каждый ковер-самолет садятся по пятнадцать человек и укладывается тысяча фунтов груза. Готовность до заката. Активировать ковры буду я и мистер Реддл. К утру мы должны быть у входа в подземелье. Торопитесь!
Глава 58
Сумерки сгустились над импровизированным лагерем репатриантов. Накрытый куполом, защищающим от нападения пустынных хищников, он медленно погружался в сон. Лишь в центре еще горел костер, вокруг которого сидело несколько человек.
— Здорово, что мы так быстро долетели. Знали бы вы, сколько мы добирались отсюда до города.
Луна кидала в пламя камешки, которые вспыхивали, как солома и, сгорая, рассыпались тонким белым пеплом.
— Знали бы вы, каких мучений нам стоил каждый час в том аду — быстрее бы добрались, — сухо отозвалась Гермиона.
— Быстрее могли бы и совсем не добраться, — невозмутимо отозвалась Луна.
Гермиона пренебрежительно фыркнула. Характер у гриффиндорки за последнее время совсем испортился.
— М-да, и валялся бы я с выпотрошенным брюхом, — в тон Луне отозвался Драко.
— Прекрати, Малфой! Ты из любой ситуации выкрутишься, выползешь, извернешься… такая у тебя порода.
— Грейнджер, только не напоминай мне о своей породе…
— Что-о-о?! Да как ты смеешь? Мерзкий…
— Тихо! Дуэли не будет! — Реддл вырос у костра, как из-под земли. — Если кто-то желает Круцио или усмирительный кокон из магических веревок, то смело может издать еще один звук!
Экспериментировать никто не стал. Гермиона отвернулась от обидчика, а Драко насупился и уставился на огонь. Убедившись, что бунт на корабле подавлен, Том уселся на тюк с поклажей поодаль и заметил:
— Вас на пять минут одних оставить нельзя. Вот вернется Гарольд и разберется с вами.
Гермиона поджала губы, встала и, не глядя на Реддла, бросила:
— Странно, что он до сих пор с тобой не разобрался.
Не дожидаясь ответа, она быстро скрылась за пологом палатки. Том проводил ее недовольным взглядом.
— Какова маглокровка! И это бывшая подруга Поттера? Странные у него вкусы.
Малфой покосился на Реддла, но потом вкратце изложил историю отношений Гарольда, Грейнджер и Гарри. Ну, разумеется, в меру своего понимания.
— Вот в чем дело? Значит, бесится девочка, считая себя преданной и покинутой. Нашла время.
— Понимаешь, Том, она же очень любит Гарри. Она уверена, что он лишен тех недостатков, которые, по ее мнению, присущи Гарольду. Ну и она считала его своей собственность. Когда носишь своего возлюбленного в голове, то волей-неволей считаешь его своим продолжением. Тут она неправа, конечно.
Мелкие камушки у Луны закончились. Она палочкой призвала к себе кусок породы побольше и расколола его заклинанием.
— Что ты с ними делаешь, чтобы они сгорали? — заинтересовался Драко.
— Ничего. Они сами горят. Я обнаружила это еще по дороге в город. Я по ночам обращалась в нормальный облик, сидела у костра и смотрела на Гарольда. Он такой милый, когда спит. Тогда я и узнала, что некоторые камни могут гореть, если их бросить в огонь или в угли.