— Хорошо, почтенный Амрит. Я расскажу тебе все по порядку, если ты готов выслушать.
Жрец мрачно кивнул, поставил себе и гостю кубки и налил в них красного вина из пузатого кувшина.
— Садись, я слушаю тебя.
* * *
Рассказ затянулся до глубокой ночи. Амрит оказался внимательным и цепким слушателем. Если ему что-то было непонятно, то он останавливал рассказчика и дотошно расспрашивал. Нередко из-за этого менялось и русло рассказа, что удлиняло его все больше и больше.
Надо сказать, что и Гарольд из вопросов и замечаний старого мага извлек немало информации.
— Рея-Кибела? — вопрошал тот Поттера, отхлебнув из кубка. — Была такая. Только Рею к ней хвастливые греки добавили. А сама Кибела — великая мать богов, как ее называли невежественные фригийцы. Она увела их всех.
— Как это увела? — екало сердце у Гарольда при воспоминании о последних событиях.
— Ну, как боги народы уводят? — пожимал плечами жрец. — В другой мир ушла и с собой забрала всех, кто в нее верил. Фригийцы были людьми злыми и жестокими, поэтому, когда они пропали, то их еще лет сто никто не хватился, потому что боялись к их границам приближаться. А потом видят, что те совсем нападать перестали, осмелели, послали видать разведчиков или кто-то сам по дурости забрел на фригийскую землю, и увидели, что там уже одни пустые храмы стоят да лачуги полуистлевшие. Начали селиться и обживать то, что осталось. Люди ведь, как вода в сосуде — растекаются на все донышко, сколько ни налей.
Гарольд слушал как завороженный. Но старик тут же спохватывался и теребил:
— Ну а дальше что было?
Особый интерес у него вызывало все, что было связано с Реддлом и его лентами, тьфу, хоркруксами конечно. Но заинтересовался он и Дамблдором, начал было расспрашивать, но через некоторое время резюмировал:
— Мало ты о нем знаешь. А с этим магом что-то не так.
Поттер злился на такие замечания, хотя и чувствовал их правоту. Однако оправдываться не хотелось. Он, молча, глотал замечания и рассказывал дальше. Старик заметил эту манеру и осуждающе пригвоздил:
— Слишком гордый ты, однако!
— Почему это? — возмутился Гарольд.
— Потому что на твоем месте полсотни лет тому назад сидел некто Реддл в одежде послушника и считал за счастье чашку чая из моих рук получить.
— Кто чай пьет — отчается! — легкомысленно брякнул Поттер, допивая вино из бокала.
— А ты нахальный тип, — с непонятным выражением произнес старый жрец, и добавил с явной ностальгией, — совсем, как я был в молодости.
Он тряхнул головой.
— Ладно. Мне надо подумать. Уже рассвело. Отправляйся в город, остановись в гостинице и жди от меня известий.
— А как вы меня найдете?
— Это не твоя забота. Пойдем, провожу тебя до ворот…
* * *
Мобильник начал работать только на автомобильной стоянке. У Гарольда были свои предположения о причинах такого явления. Но проверять их не было ни желания, ни особой необходимости. Двое местных жителей, которые разгружали привезенные на мотороллере термосы с ледяной водой, с изумлением посмотрели на европейца, наряженного в какой-то черный балахон и выходящего ранним утром из ворот крепости, но потом решили, что он просто приехал раньше них. Они начали оглядываться в поисках машины туриста. Лишняя болтовня была Поттеру совсем ни к чему, поэтому он вытащил палочку и быстро подправил маглам воспоминания. Теперь они были твердо уверены, что сахиб только что приехал на такси, и не спится же в такую рань проклятым британцам!
Гарольд быстро поменял одеяние магов на наряд туриста и позвонил Гопалу. Тот примчался через четверть часа и сообщил, что всю ночь его дергали с вопросами о сахибе Поттере.
Добравшись до гостиницы и своего номера, Поттер бухнулся в постель, предупредив сопровождающего, что прибьет каждого, кто разбудит его раньше чем через шесть часов. Гопал спросил, что отвечать на запросы из Британии и, выйдя из номера, перевернул подвешенную на ручке двери табличку красной стороной наружу…
* * *
Вечер прошел в томительном ожидании. Проснувшись аккурат к концу сиесты, Гарольд позвонил Гопалу и сообщил ему, что неплохо было бы прогуляться на свежем воздухе и перекусить, да и пить, почему-то хочется. Выслушав совет заглянуть в минибар и получив справку о том, что температура на «свежем воздухе» составляет около 105 градусов по Фаренгейту, Поттер поинтересовался, кто такой Фаренгейт и что означает такая температура? Ответ звучал устрашающе: яйца варить можно! При этом Гопал не уточнил, что имеются ввиду куриные яйца. Гарольд нервно поежился и забрался в ванну с прохладной водой, а потом, разобравшись с кнопками, врубил кондиционеры на полную мощность и провалялся в гостиной на диване до самого вечера.