Вот защитой от этой угрозы и надо заниматься.
А Поттер…
Поттер скорее всего полезет в подземелье обители. Он помнит, что Огонь хранится именно там. И, скорее всего, уверен, что где-то неподалеку я держу Тома Реддла.
Вот пусть так и думает. Там все готово для его встречи…
* * *
Ближе к утру Десмонд «взял языка». Он втолкнул в бывшие апартаменты властительницы хорошо упакованную матрону. Освободив ей рот для беседы, Джонс собирался начать допрос со стандартных вопросов об имени и звании, как вдруг Фират, шумно выдохнув, сказала:
— Я знаю эту тетку.
Оказалось, что это та самая надсмотрщица с лошадиной мордой и зубами, что вставала у двери при каждом посещении или приносе еды.
Отвечать на вопросы эта милая дама категорически отказалась.
— Хм. Я так понимаю, что мисс Грейнджер меня не одобрит, но, тем не менее, Драко, надо развязать ей язык. Мне и пробовать не стоит, а вот…
— Империо! — неожиданно выпалила Гермиона, смотревшая во время допроса на надсмотрщицу злыми глазами. — Отвечай когда спрашивают, подстилка храмовая!
— О-о! Вы знакомы? — удивился Джонс.
— Она из храма Надежды. Учила меня, как рабов клеймить. И насмехалась, что я боюсь жечь живых людей каленым железом!
Гермиона подскочила к матроне и влепила ей пощечину.
— Это надо было делать до Империуса, — Драко взял девушку за руки и отвел в сторону. — Сейчас она в эйфории служения, ее хоть на части режь — она ничего не почувствует, кроме светлой радости. Первый Империус — это нечто!
— Помню, — сквозь зубы процедила девушка. — Извините, что не сдержалась.
— Напротив, это было весьма поучительное зрелище, — покачал головой Джонс. — Я все как-то забываю, что вы тут уже были и нахлебались горячего до слез. Извини, Гермиона, я иногда несправедлив к тебе.
Девушка с удивлением посмотрела на него, но ничего не ответила.
После применения первого Непростительного дело пошло на лад. Они довольно быстро вытрясли из матроны, все, что она знала и отправили ее на рабочее место, опасаясь, что ту могут хватиться. Разумеется, ей дали жесткие инструкции, как и что делать, и Империус обновили. На этот раз с палочки Драко. На прощание Гермиона, выведя за дверь, отвесила старой знакомой крепкого пинка, и та отправилась исполнять свои обязанности в Светлых покоях.
— Оказывается, вас держали в соседних комнатах!
— Она меня убить хочет, — упрямо возразила Фират.
— Нет, милочка. Тут все несколько сложнее. Ее изолировали, очевидно, чтобы надавить на Гарри. И никакая она уже не королева. Дамблдор низложил династию, которую в городе не успели ни понять, ни полюбить. Вот только вопрос, чего он хочет от Гарри?
— Я надеюсь, мы не собираемся освобождать Айрин? — чуть ли не с ужасом начала догадываться Гермиона о дальнейших шагах эксагента.
— Мы должны делать все, что разрушает планы Дамблдора, — сурово отрезал Десмод Джонс. — Тогда в панике или в поисках выхода он сам покажет нам, где его уязвимое место!
Гермиона вздохнула. Вот так всегда. Идешь спасать дорогого тебе человека, а потом выясняется, что спасаешь счастливую соперницу. Ну, просто свинство!
Глава 104
— Здравствуй, Гарри.
Младший Поттер открыл глаза и сел.
— Директор Дамблдор? — парень был явно растерян. — Что все это значит? Где Айрин?
Альбус прошел по камере и уселся на единственную колченогую табуретку у стола.
— У тебя много вопросов, а у меня мало времени. Но я отвечу тебе, мой мальчик. Я действительно Дамблдор. Только не директор Хогвартса, а наместник императора над землями внутреннего моря.
— Вот как?
— Да. Именно так. Я снял тяжкий груз ответственности с ваших юных плеч и незрелых мозгов, и взвалил это бремя на себя. Далеко не в первый раз мне приходится идти на такие жертвы.
— Но как вы попали в город? Почему вас не задержала стража? Ничего не понимаю!
— А насчет того, где сейчас Айрин тебе неинтересно послушать?
— Да, верно. Где Айрин?!
— Вот! Именно так ты и должен спрашивать! С откровенным страхом и беспокойством. Это очень близко к тому, что я ожидал, и вселяет надежду на то, что мы договоримся.
— Договоримся? — пробормотал Гарри. — Вы скажете, наконец, где Айрин или нет?
— Она жива, здорова, обута, одета и накормлена. Сейчас с ней все в порядке, и так будет дальше, до тех пор, пока ты будешь выполнять все, что я скажу, — Альбус безмятежно улыбался.
— Вы меня шантажируете? А если я откажусь?