Хрясь!
Новый удар. Но это не об камни. Это еще в полете его настиг новый шлепок лапы хищника. Сириус вновь взмыл в воздух. Не успело ощущение взлета смениться чувством падения, как новый удар подбросил его вверх. И пошло. Удары сыпались один за другим. Блэк чувствовал себя мышью в футбольном мяче. Огромный зверь, то ли играл с ним, то ли занимался приготовлением любимого блюда — свежеотбитого туземца в соусе из крови, пота и слез!
Наконец зверю надоела забава, и последним ударом Сириуса не подбросило вверх, а отшвырнуло в сторону в ту самую тень, отдохнуть в которой он так стремился. Приложившись лбом при падении, Блэк со стоном закрыл глаза, не желая смотреть, как его начнут есть. В любом случае после такой встряски ни руки, ни ноги его не слушались, и о сопротивлении не могло и быть речи.
Где-то наверху и в стороне раздалось чье-то смачное ржание.
— Ну я такого еще не видел, братец Джордж!
— Мастер класс в набивании квофла, братец Фред!
— Только мячик попался фиговый, мягкий как тряпка!
Веселое и оптимистичное ржание продолжилось.
Сириус открыл глаза.
В трех шагах от него сидел Гарольд Поттер собственной персоной и неподвижным взглядом зеленых глаз рассматривал его. Зверя нигде не было видно.
— Ты здесь?! — поразился Блэк сиплым голосом. — Что это было?
— Профилактическая порка, крестный. Ты давно ее заслужил. Правда, я надеялся, что ты сообразишь превратиться в собаку. Мне хотелось побегать и слегка размяться. Но так и быть — это в следующий раз.
Блэк сел и осмотрел себя, насколько это было возможно. Ни укусов, ни рваных ран не обнаружилось. Только синие кровоподтеки и опухающие суставы, словно его молотили огромной резиновой дубиной.
— А где зверюга?
Гарольд с некоторым состраданием, как на убогого посмотрел на крестного.
— Это все я, Сириус. И зверюга — это я. И темный маг — тоже я. И враг Дамблдора — опять я. И твой крестник — это тоже я, хоть ты и забыл об этом. Пришлось тебе напомнить.
Блэк медленно приходил в себя.
Получается, что Гарольду удалось сбежать из темницы Дамблдора, а зверь, который его так отметелил — это его анимагическая форма? Вот это форма, между прочим! Джеймс за такую пол-мэнора отдал бы.
— Здорово это ты меня, — сморщился Сириус, ощупывая фингал под глазом.
— Это я в самом начале лапой, — пояснил ему Гарольд.
— Ага. А это… — Блэк с гримасой боли потер свой зад.
— А это в самом конце головой.
— Этим жутким гребнем? Такого ни один организм не выдержит.
Сириус заворочался, пытаясь подняться.
— Погоди, — остановил его Поттер. — Сначала пара вопросов. Где мои палочки?
Блэк сунул руку в карман плаща. Палочка была на месте и казалась на ощупь целой и невредимой. Гарольд сидел напротив него в трех шагах, руки его были пусты. Внутри у Сириуса шевельнулся последний червячок сомнения. А правильно ли он делает? Можно ударить первым и взять реванш, так сказать. Он еще раз посмотрел крестнику в глаза. Тот печально улыбнулся, словно прочитал его мысли.
— Держи! — Сириус задавил в себе сомнения вместе с червячком, вынул палочку и протянул ее Гарольду рукояткой вперед.
Тот принял артефакт на ладонь и почти чувственно обхватил его. По руке потекла прохлада столь приятная в летний зной. Вспышка искр осыпала каменную скалу под ногами.
— Что-нибудь еще из других артефактов уцелело?
— Все уцелело. Эти идиоты завернули все артефакты в твой Хранящий мешок! Кажется, я тоже уцелел благодаря нему. По крайней мере, он прикрыл, самое ценное место…
— … которое находится у мужчин спереди! — хором закончили близнецы.
Крестный с крестником еще раз взглянули друг другу в глаза и с взаимным облегчением рассмеялись…
* * *
Франни очнулся почти под утро.
Он с трудом выполз из подземелья храма и, почти ничего не соображая, поплелся в приемную наместника. Внезапный морок поразил его в подземелье внезапно как удар по затылку. И произошло это в тот момент, когда Дамблдор начал свои невнятные камлания, многократно призывая высшие силы. Тут-то его ударило.
Неужели всевидящий наместник специально заклял непослушного слугу? Если так, то ему грозит лишение последнего снитча и изгнание. Или смерть.
Франни протиснулся в приемную и с удивлением обнаружил свет, пробивающийся в щели под дверью. Из зала властителя доносились невнятные многоголосные восклицания. Начальник тайной стражи прижал ухо к косяку.