— Вернувшийся? Это его тело? Это его разум?
— Это его Дух! — отрезал Огонь.
Вновь пауза.
И опять Чаша, но уже без агрессии и как-то устало:
— Ладно. Будем считать, что кандидатов в боги два. Но твоя креатура уступает моей по всем параметрам.
— Значит, должен остаться лишь один из них.
— Поединок? Это бессмысленно. Я уже дала своему претенденту очень много божественных Сил, которые не по зубам любому герою.
— Этот герой — не любой.
— Но Сил ты ему не добавишь.
— Я могу добавить ему Знания.
— Делай, как хочешь. Но я не уйду отсюда, пока не произойдет Слияние. Точнее, пока мы останемся здесь, но уже вместе.
— Или же вместе отсюда уйдем, — тоном завзятого Дон-Жуана почти медовым голосом пророкотал Огонь. — Кстати, не сомневайся — я соскучился.
— Судя по твоему поведению — это не так. Мой претендент уже готов к поединку. Сколько времени потребуется твоему герою?
— Дай мне пару местных ступеней…
В уши Гарольда словно вогнали затычки, и голова его резко спикировала с потолка обратно на плечи в просвет между алтарем и стеной зала Огня…
* * *
Темная, как ночной мрак завеса упала поперек зала, перегородив его на две половины.
Чаша и Дамблдор остались на той стороне, а Гарольд и Огонь на этой.
Гарольд, прихрамывая, вышел из своего укрытия, подошел к завесе и потрогал. Была она на ощупь похожа на бархат, но почему-то бегали по пальцам острые иголочки, словно в мягкую ткань вплели шипы терновника.
— У нас не так много времени, — позвал его Огонь.
Поттер оглянулся. Невысокий темный стол с полированной поверхностью. Две низеньких банкетки по обе стороны. Над одной из них пляшут языки Огня.
Гарольд подошел и, не дожидаясь приглашения, уселся.
— Страшно? — спросил Огонь.
— Мне? — удивился Гарольд.
— Тебе предстоит поединок.
— С Дамблдором? Отлично! О большем я и мечтать не мог!
— С Дамблдором, получившем почти божественную силу.
— Он может лишить меня магии?
— Нет.
— Тогда плевать. И на Дамблдора плевать и на его божественную силу.
— Ты проиграешь, — несколько печально констатировал Огонь. — И умрешь.
— Умереть в бою не страшно. Страшнее стать рабом-долгожителем и существовать, потакая прихотям такого вот властителя.
Поттер выразительно ткнул пальцем в сторону завесы.
— А твои друзья? Те, за кого ты был готов биться там в подземелье?
— Друзья… Выкарабкаются как-нибудь. Там Снейп, он умный. И там Джонс, он опасный. Выкарабкаются.
— Уже лучше. Проблема только в том, что они возвратятся в мир, где магия уже обречена, где их детям, а еще больше внукам и правнукам просто нет места.
Гарольд нахмурился.
— А вот с этого места поподробнее… если вас не затруднит, сэр.
— Ну, наконец-то, а то заладил: убью или умру! Нет, герой, тебе просто так умирать нельзя. И сейчас ты узнаешь, почему…
* * *
Во дворе храма Надежды рвались осколочные гранаты.
Стоило только беглецам высунуть нос из Караульной башни, как очередная порция из гранатомета Драко осыпала внутренний двор храма.
— Вот, дьявол, прямо как в Бейруте! — пробормотал Джонс и выпустил в небо магический заряд, рассыпавшийся вверху на разноцветные искры.
Подождав пару минут, Десмонд скомандовал:
— На выход! По одному и держитесь левой стены. Она при обстреле наименее опасна.
Они быстро перебежали через двор, через боковые двери проникли в храм и по главной лестнице побежали на верхнюю площадку. Там их уже ждали. Плотный пучок красных лучей Ступефаев пролетел по лестнице в опасной близости.
— Черт! Сириус! — заорал Джонс в Сквозное зеркало, словно это была Уоки-Токи. — Они засели на верхней площадке! Поддержите нас огнем, только не из гранатомета, черт бы вас побрал!
Прошла минута-другая и со стороны порта застучал тяжелый пулемет. Весь верхний уровень, на котором засели гвардейцы императора, мгновенно заволокло пылью.
Десмонд и близнецы рванули в атаку и выскочили на последний лестничный пролет.
— Бомбарда! Инкарцеро! Депримо! Экспульсо!
Недобитые пулеметными очередями гвардейцы посыпались через парапет вниз, как перезревшие груши.
— Все! Огневая поддержка, отбой! Спасибо, сэр! Прекратить огонь!
Пулемет замолчал. Близнецы выскочили и бросились вперед.
Десмонд осторожно выглянул на верхнюю площадку.
— Ну что там? — спросил сзади Снейп. — Чисто?
— Чисто, как после сенокоса, — добродушно проворчал Джонс, усаживаясь на ступеньках, — а если где клок травы и остался, то Уизли палочками подровняют.