Он извлек из складок плаща Черную палочку Блэков, завернутую в невесомую ткань мантии-невидимки и положил на стол перед своим воином.
Гарольд наклонился за своим оружием, потом поднял глаза на собеседника и твердо потребовал:
— Я должен знать его имя!
— У меня уже нет причин скрывать его от тебя, Гарольд Поттер. Его звали — Салазар Слизерин!
Глава 122
— Помни, что вы изначально в неравном положении.
Гарольд уже стоял у завесы.
— То есть?
— Он почти бог и ему нужно лишь остановить героя. А твоя победа может состояться только в том случае, если бог будет повержен. И это будет не просто поединок. Это ристалище высших сил. Далеко не все там решает боевое мастерство и мощь магии.
— А я-то какими высшими силами обладаю? — недовольно огрызнулся Поттер.
— Я очень надеюсь, что ты разберешься в этом сам. Я могу вмешаться в ваш поединок только один раз. Но после этого любая твоя ошибка станет последней. Таковы правила.
— А она, тоже может вмешаться на его стороне? — кивнул Гарольд в сторону занавеса.
— Да. И тоже один раз. Но наше вмешательство возможно лишь для помощи своему воину, чтобы спасти его один единственный раз и никак иначе.
— Понял уже. Иди и победи не знаю как… Вот ведь засада!
— Время, которое я просил для того, чтобы подготовить тебя, истекло. Ваше состязание начнется немедленно. Я уже чувствую, что сестра торопит меня. Ты готов? Учти, он начинает первым…
Звук голоса Мессира отдалился и смолк. Свет в зале погас.
«Драться в гостях при погашенной иллюминации — гиблое дело, — подумал Гарольд, вытаскивая палочку, — что он там плел насчет ристалища высших сил? Бог-отец, Бог-сын и Бог-Поттер! Ага, и белобородого мерзавца дедушку в компанию возьмем…»
Гарольд понял, что элементарным образом трусит. Как тогда на первом курсе в туалете с троллем. Тогда у него душа в пятки ушла, потому и бросился в бой без памяти, чтобы от своего страха убежать. Там он сражался за свою жизнь и жизни друзей, а точнее однокурсников. Настоящими друзьями они стали уже позже. Жаль, что ненадолго…
А сегодня все гораздо хуже. За его спиной целый слабеющий мир магии, который уже приговорен, только еще не догадывается об этом.
Поттер почувствовал, что руки его стали влажными от пота и обложил себя в душе последними словами.
На полу в центре зала появился яркий круг света.
— Началось, — гулкий голос Мессира раздался откуда-то сверху, — встань в центр круга и отправляйся!
— Куда?
— Не знаю. Первый ход делает сестра…
Гарольд сплюнул с досады и шагнул в ослепительный круг.
Свет затопил все вокруг белым сиянием, он почувствовал, что его неумолимо несет куда-то и невольно сгруппировался, ожидая новый удар об стену…
* * *
…шипящая волна ударила Гарольда по ногам, и от неожиданности он резко отскочил назад и боком упал на горячую гальку.
— Это еще что за сюрпризы?
Он заозирался по сторонам. Берег моря или океана. Песок и галька. Широкая полоса прибоя. Это другое море, настоящее. На губах сохнет соленая горечь. Да и место совсем не похоже на мир Матери. Родное желтое солнце низко над горизонтом.
Поздний вечер? Раннее утро?
На берегу пальмы и стройные деревья-пирамидки, названия которых он не знает. Сквозь негустую зелень просвечивают вполне современные домики или коттеджи. Несколько загнутых волноломов образуют закрытую бухту, в которой покачиваются лодки, катера, катамараны и небольшие яхты. Ну, прямо курорт!
Гарольд поднялся и осмотрел себя.
Забавно. У него стало очень загорелое тело, покрытое густой растительностью, какой никогда не было. Палочка превратилась в некое подобие жезла с трехгранной коронкой на конце. На плечах короткий плащ до пояса. Он обут в черные кожаные сапоги, плотно облегающие ноги. На подошвах что-то металлически звякает. Волосы до плеч и мелко вьются. Вьются!
— Что за идиотский маскарад? Это одежка для героя?
Никто ему не ответил. Гарольд нащупал в кармане штанов мантию-невидимку. Спасибо, что хоть штаны с него не сняли, ради этого костюмированного действа.
А магия слушается? Оглянувшись вокруг, он быстро проверил несколько заклятий. Все работало безукоризненно, и у него полегчало на душе. Оружие для поединка — первое дело!
Дамблдора нигде не было видно. Стоять здесь и ждать на жаре — было бессмысленно.
Поттер подумал и направился в сторону курортного городка. Если его хотели направить по конкретному маршруту, то давно бы уже направили. Видимо, состязание подразумевало изрядную свободу воли для его участников.