В том-то и дело, что не проще! Не свойственно самой природе человека ходить опустив очи долу. Не хлебом единым и уж тем более не дубленками, мебельными гарнитурами, хрусталем и автомобилем жив человек. И если уж быть до конца честными, то и дубленки, и мебельные гарнитуры, и хрусталь, и автомобиль нужны большинству стремящихся обладать ими не только из-за тех удобств, которые они создают, и не из эстетических потребностей, и даже не из соображений «выгодного» помещения трудовых сбережений, а из-за престижности, из-за того обманчивого ореола солидности и значительности, которым они окружают их владельца в глазах недалеких людей. Можно, конечно, сказать, что это тщеславие. Можно утверждать, что стремление обладать «престижными» вещами свидетельствует о скудости духовного мира человека. И в этом есть большая доля истины. Но не является ли тщеславие признаком глубинной, часто даже неосознанной душевной неудовлетворенности собой, своим местом в жизни, своими достижениями и своими возможностями? И не стало ли стремление к обладанию «престижными» вещами просто наиболее легким и доступным путем удовлетворения естественной человеческой потребности в самоуважении, в обретении смысла и цели жизни, пусть в этом случае и неправильно понятых?
Да, погоня за материальными благами, «вещизм» — это нравственная болезнь, сложная и многоликая. Болезнь людей, либо не нашедших себя в этой жизни, либо уже потерявших. И не кажется ли вам, что в этом ракурсе «вещизм» можно поставить в один ряд с таким социальным явлением, как религия? Ведь не случайно же Маркс называл религию «опиумом народа», а Ленин — «родом духовной сивухи». Ведь и то, и другое подменяет подлинные духовные ценности мнимыми, реальные истины истинами иллюзорными.
Первый крик ребенка. В мир пришел новый человек. Зачем он пришел? Для чего? Какой должна быть и какой будет его жизнь? Что создаст и что разрушит он в этом мире? Что будет отрицать и что утверждать? Будет ли его жизнь подобна вспышке сгоревшего метеорита, замеченной лишь несколькими десятками людей, или же навечно войдет она в летопись истории человечества?
Человеку необходима надежда на бессмертие. Недаром же именно на идее бессмертия столько веков держатся практически все наиболее крупные религиозные течения. Уберите из любого вероучения идею бессмертия, и оно тут же рухнет. Если нет бессмертия, то нет и воздаяния на том свете. Значит, нет обещаемого религией равновесия между добром и злом, и сама идея бога и религиозная концепция мироздания лишается своего смысла! Именно надежда на бессмертие — генератор любой религии. Но значит ли это, что потребность в надежде на бессмертие — явление сугубо религиозное? Отнюдь нет! Потребность эта чисто человеческая, чисто земная и обусловлена исключительно реальными условиями существования человека.
Конечно, человеческий организм не вечен. Но ведь даже религия не обещает человеку бессмертия в том виде, в котором он существует на земле. На этот счет в христианском богословии царит до сих пор неописуемая путаница. И большинство современных христианских богословов склоняется к тому, что под бессмертием следует понимать бессмертие человеческой души, то есть его духа, бессмертие его добрых, благих дел во славу бога. А ведь это уже не что иное, как видоизмененное, подогнанное под религиозную форму, но материалистическое понимание бессмертия, согласно которому бессмертие человека заключается в той памяти, которую он оставляет после себя своими делами.
Но и память о себе можно оставить разную. Ян Корчак, замечательный польский педагог, добровольно пошел на смерть, чтобы разделить участь двухсот своих воспитанников, которых фашисты уничтожили в газовых камерах Треблинки. Грек Герострат, чтобы обессмертить свое имя, сжег храм Артемиды Эфесской, считавшийся одним из семи чудес света.
Какую жизнь избрать, к какому бессмертию стремиться, во что верить и каким идеалам служить — это зависит от самого человека, от его выбора, от умения правильно найти ответы на «вечные» вопросы. Но жизнь сложна и многообразна, и нередко человек, убежденный, что постиг истину, что выбрал единственно правильную дорогу, вдруг осознает, что шел не туда, что не в то верил и не к тому стремился, что большая часть жизни прожита во имя иллюзий. Что тогда? Начинать жизнь сначала? Но ведь никто не добавит тебе лишних лет жизни! Да и успеешь ли что-то сделать за оставшиеся годы? Может, тихо и мирно дожить остаток своих дней, понимая, что жизнь не удалась, что все мечты, все стремления оказались прахом?