–Лукавый! – шевельнулась догадка.
Но ангел и вовсе расхохотался.
–Его тоже нет. И ничего нет. Есть только бог. И он является в разном обличьи. Мы здесь почитываем ваши Писания. Встречаем много забавного, кстати. Например, о войне тьмы и света, о том, что против бога восстало его же творение!
Голос ангела снова ушёл в хохот.
–Неужели люди верят, что всемогущая сила не может уничтожить зло? Не может его победить?
–Зло должен побеждать в себе каждый человек, чтобы прийти к свету! – эту истину Абрахам знал наверняка. Именно этими словами он оправдывал очень многие собственные действия. Этому и учил.
–Зачем? – спросил ангел с искренним любопытством. – Если оно удобнее человеку, это не означает, что человек выходит из-под власти бога, поскольку бог это не свет. Это сила, которая рождает и то, и другое. Он и есть то, что вы называете дьяволом. Он и есть то, что вы называете адом. И одновременно – раем. И также одновременно спасителем. Он – это всё.
Если бы Абрахам был бы на земле, в людском мире, он бы, наверное, потерял сознание. Ему – фанатику, услышать такое было уже чересчур. Все слова ангела выворачивали, будь они правдой, всю его жизнь до нуля. Они низводили её, и самого Абрахама превращали в посмешище.
Но Абрахам не был в людском мире. Он был нигде. И одновременно он был всюду. Однако это привилегированное для смертного положение означало то, что упасть в спасительный обморок он не сможет.
А жаль. Было бы очень удобно потерять сознание, затем прийти в себя, и решить, что всё просто привиделось.
–Непонятно, да? – посочувствовал ангел. Или не посочувствовал. В лице его было не только сочувственное смирение, но и что-то ехидное. А может быть Абрахам просто начал проникаться идеей двойственности одной силы и начал сходить с ума.
–Я не знаю, – честно ответил Абрахам. Он прислушался к себе. В этом его состоянии, которое одновременно было никаким и абсолютным, он чувствовал умиротворение. А ещё…он понимал. Понимал, что ему не солгали.
И даже почувствовал в этом логику. Всё мироустройство стало Абрахаму вдруг понятным. И магия, и Цитадель, и люди, и церковь, и предательства, и верность, и клятвы, и даже Писания, в которых, как сейчас очень ярко чувствовал Абрахам, не было и слова правды – всё вдруг стало логичным.
Он даже порадовался тому, что умер, потому жить с таким знанием и ощущением точно было не под силу. Абрахам осознал сейчас, как никогда прежде не осознавал, что глупость и невежество – дары высших сил.
К сожалению, его никто не спросил насчёт его желания. Ангел глянул на Абрахама с усмешкой, и попытался объяснить:
–Вы сами себе выдумали неприятности. Развязали войны… а могли бы и знать, что сын бога сам имел магию, и нёс её.
–Значит, церковники не правы? – Абрахам хотел возмутиться, хотел накричать на ангела, объяснить, что тот не прав, и ничего смыслить не может, но в нём проявилась неожиданная сдержанность.
–Никто не прав. И все правы, – ангел пожал плечами. – Мы не лезем. Вы не лезьте к нам. Всё просто. Это абсолют, это истина и суть мироздания. Вы сами решите, кто прав, а кто виноват. Вы сами решите, а потом расскажете нам.
Абрахам мотнул головой – слова ангела ему категорически не нравились.
–Значит, я умер и теперь…– Абрахам попытался отойти от земного. Ему казалось, что у него должно быть новое положение и новая ответственность. И никакого назначения, кроме высшего, не должно тревожить Абрахама.
–Кто тебе сказал, что ты умер? – поинтересовался ангел.
Пришла пора Абрахама изумляться и хохотать:
–Я сгорел!
–Ну и что? – ангел вскинул брови. – Это плоть. А плоть легко восстанавливается. Мы подумали…
–Мы?! – Абрахам перестал ощущать в себе смирение. Сдержанность магическим образом покинула его.
–Мы, – ангел же напротив стал спокойнее, и даже насмешливость свою отставил. – Какая тебе разница, смертный? Ты всё ещё смертный. Ты можешь сгореть хоть тысячу раз, хоть две тысячи раз – мы тебя пока не желаем видеть. Но зато даём тебе…
–Хватит! – громыхнул Абрахам, но его голос не набрал ощутимой силы, напротив, он утонул в глухоте. Абрахам хватанул ртом воздух, попытался найти звук, но слова не звучали.
–Брань оставь для земных, – посоветовал ангел. – Мы давно за тобой наблюдали, но не решали… недавно, лишь недавно за тебя попросили. Попросили поднять к нам, попросили дать тебе путь, ибо ты свой уже потерял.
Попросили? Потерял путь?
Допустим про путь – правда. Но «попросили»?
–Кто? – звук появился. Абрахам неожиданно охрип. Он не мог понять, кто и зачем мог за него попросить? За него никто и никогда не просил! Его презирали. Его ненавидели. Его боялись. Кто мог…