Базир и подумать не мог, что война, в которую он выдвинулся с рассветом, будет такой…бесцветной.
Они тянулись вереницей – одна из трёх частей всей собранной отступниками силы, остальные выдвигались из других точек, но от этого не легче. Медленный шаг, шаг друг за другом, каждое десятое место занимает глава малого звена, каждое пятидесятое – среднего, каждое сотое – глава большого звена.
А впереди Абрахам и Арман. О чём-то переговариваются. Базир занимает позицию достойную, но его к этим переговорам не привлекают. Базиру и обидно от этого, и неожиданно нет – устал он думать обо всех, о нём бы кто подумал. Но, по меньшей мере, к Абрахаму относиться стал теплее, потому что видел ясно, что и Абрахам сам не свой из-за Стефании. До прощения ещё далеко, но Базир не из железа – скребёт в его сердце жалость.
И всё-таки не так Базир представлял себе всё это!
Он думал, что выдвинутся лихо, передвигаться будут быстро, и будет царить оживление кругом, и возбуждение от грядущего…
Но кругом сонное царство, шаг колонны медленный, привал через каждые полчаса, и даже разведчики, что уходят вперёд, возвращаются с мрачным ответом: ничего и никого нет.
И в самом деле – нет. Базир знает, что иногда на службе у магии есть и звери, и птицы, и деревья даже. Понятны ему остановки колонны, когда Абрахам или Арман, или ещё кто из магов высшего уровня останавливается, пускает в небо и в землю заклинания – проверяет.
Но не откликается птица, не реагируют куст и земля – не следят маги Цитадели за приближением отступников и напряжение, которое было ещё в начале пути, сменяется понемногу сонливостью. Будет драка – разбудят.
Из знаменательных происшествий в первые шесть часов, из которых лишь четыре прошли в пут, было лишь одно: неожиданно поднялась во время привала возня, Базир даже приободрился, когда услышал шорохи и шум голосов, но вскоре был разочарован – к ногам Армана вытолкнули юнца с плотно надвинутым на лицо капюшоном.
–Шпион? – Базир поднялся решительно и быстро, краем глаза отмечая, что и многие так поступили.
–Да если б! – хмыкнули из толпы, а затем чья-то добрая рука стянула капюшон.
Юнец оказался девчонкой. Но это ещё не было белой – в рядах отступников были и церковницы, отвернувшиеся ныне от креста, и ведьмы, и целительницы, и боевые колдуньи… вот только не было там места для бездарной девчонки, не отличившейся никакими дарованиями в магии и не попадавшей ни разу в бой.
Елену С. оставили в штабе Ордена отступников с тем, чтобы она позже вместе с другими оставленными – слишком старыми, слишком молодыми и просто ненужными именно в бою, перешла через лес и заняла тайное убежище отступников до особого распоряжения.
–Лучше бы шпион… – отозвался Арман с невесёлым смешком. – Прошерстите наши ряды, может ещё кто прибился!
–Ты здесь зачем? – спросил Базир, преодолевая смутное отвращение к этой девице, которая, кажется, была готова разреветься от обиды и унижения.
–Так я же…я…– губы Елены дрожали, она закусывала их, сдерживая рыдания.
–Елена! – Ронове, не обращая внимания на то, что ему неприлично было после всего произошедшего, и ради памяти Стефании оказывать знаки внимания скомпрометировавшей себя девчонке, пробился к ней. В глазах его была досада. – Что ты…
–Расходимся, – махнул Арман, разгоняя любопытных. – Ронове, здесь не место для девочек. Особенно для влюблённых девочек.
–Знаю, – Ронове рывком поднял Елену с земли. Ему было стыдно и за себя, и за неё. Она не имела права поступать так с ним, обнажать свои чувства к нему и сейчас. Но и сам он не смел злиться на неё за это – по-хорошему, ему, как более опытному, надлежало разбить её иллюзии ещё в штабе. Так разбить, чтобы она его возненавидела. – Но что теперь? Назад её послать?
–Нет, – Арман усмехнулся, – не дойдёт. Пусть остаётся, но если она умрёт, это будет на твоей вине.
И Арман отошёл от незадачливой парочки. Елена против воли прижалась к Ронове, тем самым конфузя его ещё больше.
Базир молча смотрел на них.
–Ничего не говори, – попросил Ронове, глядя на Базира, – сам знаю. Всё знаю. Я трус, подлец, мерзавец…
–Хорошо что знаешь, – перебил Базир. – Не придётся тебя просвещать об этом. Сбереги хотя бы эту.
Ответствовав так, Базир вернулся к своему месту, и больше на Ронове не взглянул. Тот остался один на один с Еленой С.