–Мы пойдём вместе!
–Я не принял ещё решение, – остудил её пыл Абрахам, но Стефания хоть и потупилась и оставалась напряжённой, она уже чувствовала надежду.
Абрахам позволил себе мгновении и обратился к Базиру:
–Её решение я понял. Ты согласен?
–Я?! – Базир даже поперхнулся. Он хотел верить в то, что его взаимодействие с Абрахамом и Стефанией – это дружба, но в последнее время он всё чаще находил себя слабым и незначительным в их присутствии, и у него не было того, что против воли роднило Абрахама и Стефанию – не было магии. И это означало уже неравное положение. Ему этого никто не демонстрировал откровенно, но Базир чувствовал, и понимал: их взаимодействие не дружба, ведь дружба, это, прежде всего – равенство. А здесь он просто прибился к ним и встал вместе с ними на одну дорогу.
И теперь Абрахам спрашивал его, Базира, согласие!
–Я думаю нам надо держаться вместе, – Базир совладал с собою и ответил, пытаясь держаться спокойно.
–Тогда вы двое будете держаться за мною, и если я погибну – вы побежите, – решил Абрахам и вышел из дверей.
Он не колебался. Стефания не колебалась тоже и последовала поспешно, словно боялась передумать. Базир появился последним и когда он сошёл с крыльца, то увидел, что Абрахам уже приближается к Вильгельму.
Вильгельм всё также хранил благостное спокойствие и ничуть не был взволнован их появлением. В небе ещё блистала луна, но Базир заметил, что свет её угасает – ночь не бывает бесконечной.
В тридцати шагах от Вильгельма Абрахам остановился. За ним, выглядывая из-за его спины, остановились и Базир со Стефанией. Вильгельм не напал, он оглядел всех троих и кивнул, как бы приветствуя.
–Что тебе нужно? – спросил Абрахам. Он говорил негромко – всё-таки в этой деревне жили люди и они могли проснуться и пострадать.
–Я хотел поговорить, а вы бегаете, – Вильгельм ответил доброжелательно, даже с какой-то веселинкой в голосе. – Вот и всё.
–Кто тебе платит? Кто тебя купил, отступник? – спросил Абрахам. – Кого ты назвал господином в этот раз?
–Ну знаете… – Вильгельм переступил ногами, Стефания и Базир, не сговариваясь отступили на шаг назад, но Вильгельм не сделал и шага вперёд, лишь сменил позу. – Да если бы я был куплен и прибыл сюда по чьей-то воле, то быть бы вам уже казнёнными.
–Ты сказал, что тебе платят все! – пискнула Стефания, ненавидя себя за трусость перед этим магом. Когда-то Стефания не испугалась древнего вампира Влада, который мог реально превратить её в живой скот и пить её кровь медленно, мелкими порциями, позволяя восстанавливаться и существовать. Не испугалась его, но испугалась здесь! Смешно…
–Доброй ночи, Стефания, – поприветствовал её Вильгельм. – Да, мне платят все. И вашей гибели хотят многие. Вы насолили Церкви, вы насолили Цитадели…
–Что. Тебе. Нужно? – Абрахам не отводил ненавидящего взгляда от Вильгельма и отчеканивал каждое слово, желая, наконец, получить конкретный ответ.
Абрахам считал, что он вправе ненавидеть Вильгельма. Между его собственным отступлением от Цитадели и отступлением от Цитадели Вильгельма лежала пропасть. Абрахам ушёл от магической стороны из-за идеи, а Вильгельм из-за того, что пожелал превратить в золото открывающиеся магические возможности, а не воевать ради чего-то, что он сам лично не понимал.
Абрахам считал предательство Вильгельма ещё большей низостью, чем собственное, и от этого полагал себя вправе презирать его.
–Я, кажется, не сделал вам зла, чтобы получить такой тон! – Вильгельм откровенно издевался над напряжением Абрахама.
Абрахам не выдержал. В его руке полыхнул белый огонёк и в следующее мгновение лёгкий, предупредительный удар пришёлся на землю, рядом с тем местом, где стоял Вильгельм.
–Ох…– Вильгельм вздохнул, – а если я? Ну да ладно. Поговорим серьёзно. Все хотят вашей смерти, кроме, похоже, меня. Вы умудрились предать Церковь и Цитадель и сделали себя врагами всех. И для чего? Вы отвернулись, разочаровались и решили убивать всех, кто будет вредить людям? Это неумно, совсем неумно.
–Церковь предавала нас! Она была в связке с Цитаделью, а простые церковники гибли за неё! – страх Стефании превратил её тон в нахально-вызывающий. Вильгельм покачал головою:
–Разве Церковь закончилась с её руководителями? Вы предали сторону. Вы предали крест, идеи…но я пришёл не читать вам морали.
–Тебе ли их читать, отступник! – огрызнулся Абрахам. Слова Вильгельма почему-то неприятно задевали его, и Абрахаму это было удивительно, ведь эти слова произносил всего лишь смутьян и делец, да и были это всего-то слова.