- Понятно.
В беседу вступил Бальдр.
- Пока ты приходил в себя, - тут Андрей поморщился, ему не нравилось находиться в слабом положении перед чужим человеком, - мы подумали варианты, как тебя вытащить.
- Аня ведь сделал этот кулон, вложила в него силы и часть своей сущности, - проговорила я, подаваясь вперед. – Никто из нас не знает этого ритуала, а связываться с Аней сейчас опасно для неё.
- Но сам факт того, - подхватил Бальдр, - что такое возможно, уже радует. Я знаю несколько ритуалов, которые могли бы объединить ауры, сделать их похожими. В прошлом такие эксперименты не увенчались успехом, но Марина предложила один очень перспективный вариант.
Мужчина довольно посмотрел на меня, я улыбнулась, чуть смутившись от неожиданной похвалы.
- Бальдр просто пытался перенести свою ауру на другого человека, учитывая свою магию, не учитывая, с каким пантеоном связаны куполы. Аня же точно знала, что этот купол – древнегреческий. Основываясь на общности своей магии с происхождением этого места, она и создала кулон. Мы же можем попробовать сделать так, чтобы Арес разделил с тобой свою магию. Я делала это недавно с Вадимом, все получилось.
- Это может сработать, - предположил Бальдр, согласно кивая.
Андрей внимательно наблюдал за нами и слушал. Он стиснул зубы, то ли в злости, то ли в напряжении. Но в итоге он выдохнул, плечи его чуть расслабились.
- Я согласен, давайте попробуем, - проговорил он, устало прикрывая глаза. – Лишь бы поскорее выбраться из этой дыры.
Бальдр склонил голову, соглашаясь с решением Андрея.
- Пожалуй, оставлю вас, - проговорил Бальдр, забирая таз с использованными бинтами.
Я проследила за ним взглядом, потом повернулась к Андрею. И тут же натолкнулась на подозрительный взгляд.
- Что? – удивилась я.
Андрей не стал долго ходить вокруг да около. Он чуть склонил голову, не отрывая от меня взгляда.
- Что у тебя с ним было? – требовательно спросил Андрей.
Я удивленно вскинула брови.
- Ты что, ревнуешь?
Изумлению моему не было предела. С ревностью я еще не сталкивалась. В моей жизни было двое мужчин, Богдан и Андрей. Первый доверял мне и никогда не пытался приревновать, даже когда я по случайности давала повод. С Андреем же восемь лет назад мы встречались тайно, там даже ситуации не возникало, когда можно было бы приревновать.
Нет, до того, как я вернула память, Андрей бесился, когда речь заходила обо мне и Богдане, но тогда я не воспринимала это как ревность.
Андрей молчал, продолжая смотреть на меня. Он лишь приподнял брови, ожидая ответа.
Я не выдержала и рассмеялась. После чего подалась вперед и поцеловала Андрея.
- Ревнивец мой, - проворковала я, ведя губами от его губ по скуле в сторону шеи. – Я не сплю с Бальдром, если ты об этом.
Андрей обхватил меня за талию и одним резким движением перекинул меня через себя. Уже через секунду я лежала на старом матрасе, а Андрей нависал сверху.
- Ты что творишь, рана опять откроется! – возмущенно воскликнула я.
Некоторое время Андрей всматривался в мое лицо, словно ища следы измены. Глухая тоска на его лице была смешана с желанием. Он не выдержал и подался вперед, жадно целуя меня. Я ответила, осторожно обвивая его шею руками. Прикоснувшись пальцами к свежим бинтам, я опомнилась.
- Подожди… - прошептала я, отворачиваясь. Андрей продолжил целовать меня в щеку, спускаясь к шее, как я всего несколько минут назад. – Андрей, подожди. Я сама.
Мужчина тяжело дышал, он весь дрожал от возбуждения, но послушно застыл. Все его мышцы напряглись.
Я несильно надавила на его плечи, намекая, чтобы он вернулся в привычное положение. Андрей неохотно подался назад, откидываясь на подушки. Он наполовину прикрыл глаза, расслабленно наблюдая за тем, как я медленно стягиваю футболку, оставаясь в одном лифчике и нижнем белье.
- Чья это футболка? – тут же насторожился Андрей. Возбуждение медленно уступало место подозрительности.
Я рассмеялась и уселась на него верхом, одновременно расстегивая бюстгальтер. При виде голой груди и напряженных сосков Андрей вернул мысли в нужное положение, глаза его лихорадочно заблестели. Ягодицами я чувствовала нарастающее возбуждение.