Я помотала головой, и, как только девушка ушла, снова разревелась. Так и плакала, сгорбившись и пряча лицо в ладонях.
Так много свалилось за последний месяц… За восемь лет в Тинебринске я привыкла к умиротворенной, размеренной жизни. Теперь же события неслись, словно снежный ком. Появление Андрея, расставание с Богданом, возвращение памяти, атака охотников, приезд Ковена… Слишком много, и это практически за один месяц.
Когда я села в машину к стражам Ковена, то, казалось, я готова была принять наказание. Но я ожидала казни, отлучения от семьи или блокировки магии. Это же... неизвестность пугала еще сильнее.
Солнце уже близилось к зениту, когда я успокоилась. Откинувшись на спинку деревянной скамейки, я тоскливо разглядывала облака с золотистым из-за купола оттенком. Солнечные лучи, скользившие по коже, слегка обжигали под воздействием непонятной магии. Купол не был рад мне и ясно об этом говорил.
— Марина!
Знакомый голос вырвал из темных мыслей.
Неужели…
Я медленно повернула голову и неверяще посмотрела на Андрея, спешащего ко мне. Это… Боги, пожалуйста, пусть это будет галлюцинация! Не мог он по своему желанию войти в этот город.
Рубашка Андрея была неправильно застегнута, рукава закатаны по локоть. Взлохмаченный вид и безумно горящие глаза говорили о нестабильном состоянии.
— Ты… — выдохнула я, подскакивая и шагая ему навстречу. — Придурок, ты зачем пришел сюда?! Ты же умрешь!
Андрей оказался близко и, не слушая мои ругательства, крепко обнял меня. Я уткнулась лицом в его грудь, но тут же попыталась вырваться.
— Кретин полный! Зачем…
— Замолчи, Марина, — устало перебил мужчина, зарываясь лицом в мои волосы и глубоко вдыхая.
От нежности в его голосе, от силы, с которой он прижимал меня, я обмякла, чувствуя полное опустошение. Андрей рядом… Эта мысль принесла облегчение и одновременно боль.
— Андрей, ты же погибнешь, — со мучительным стоном выдохнула я. Даже сейчас чувствовалось невидимое напряжение, словно за нами наблюдали и собирались напасть.
Андрей чуть отодвинулся, обхватил лицо двумя ладонями, заставляя встретиться с его взглядом. Он смотрел уверенно, хотя глаза сверкали безумием. Губы были сурово поджаты.
— Марина, — горячо произнес Андрей, большими пальцами поглаживая мои щеки. — Когда Вадим все рассказал, я даже не думал, ехать или нет. Я добровольно разделю с тобой заключение. И мы либо вместе выберемся отсюда, либо сдохнем. Тоже вместе.
Жар слов доказывал их искренность. Андрей верил в то, что говорил. И мне хотелось верить — выберемся или умрем, но вместе.
Я первая потянулась за поцелуем, но Андрей моментально ответил, перехватывая инициативу. Так мы и стояли, крепко обнимаясь и целуясь, словно это последние минуты нашей жизни.
В тот момент я снова открыла сердце Андрею. Казалось, никогда моя любовь не была сильнее, чем в этот момент. Чувство благодарности, благоговения и любви смешались, вызвав горячую волну по всему телу. Даже страх и обреченность отступили.
Неохотно разорвав поцелуй, я уткнулась лбом в плечо Андрея и прошептала рассеянно:
— Что нам теперь делать?
— Для начала снимем номер в гостинице, отзвонимся Вадиму, а то он скоро армию сюда приведет, — усмехнулся Андрей, целуя меня в макушку, а потом отступая. Он взял меня за руку и повел в сторону выхода из парка. Если ко мне навстречу он мчался взъерошенным и нервным, то сейчас выглядел гораздо спокойнее, и его спокойствие передалось и мне. — А потом по ситуации посмотрим. Будем разбираться, как действует купол и как можно выбраться отсюда.
Дрожащая рука утонула в его ладони, и мне отчего-то хотелось улыбаться. На секунду можно представить, словно мы просто прогуливаемся по парку, как самая настоящая парочка.
— Ты, похоже, план целый придумал, — хмыкнула я.
Андрей чуть сжал пальцы, легко улыбаясь.
— Было время, пока я ехал сюда, — пожал плечами он. — Я оставил машину на парковке, идем.
Андрей не преувеличивал, план он действительно набросал. В машине он достал смартфон и вбил адрес отеля. Очень быстро мы оказались у трехэтажного серого здания.
Пока Андрей разбирался с администратором, я медленно брела по холлу и рассматривала интерьер. Несмотря на внешнюю скромность, внутри интерьер выглядел дорого — причем на уровне «вульгарно». Типичное провинциальное представление о богатстве: излишняя лепнина, преобладающий золотой цвет: золотые обои, золотая ковровая дорожка, вазы с золотым напылением… За десять минут, пока Андрей оплачивал номер, я успела устать от ряби в глазах. И когда улыбчивая девушка-администратор произнесла «Проследуйте за мной, пожалуйста», я обрадованно ускорила шаг.