Вскоре к нам присоединилась Юля. Она была на удивление бодра и довольна.
- Проводила отца, - сообщила она, улыбаясь. – Веселый был бой, мне понравилось. Оборотни частенько такое устраивают?
Я покачала головой, нервно усмехнувшись. В своем репертуаре, конечно. Она в восторге от сражения оборотней.
Девушки остались со мной еще ненадолго. Наина отправилась к сыну, а Юля, зевая, пошла спать. Она заняла свободную комнату в доме Вадима. Я же дождалась, пока Ирина и медсестра закончат и пойдут в кабинет. Они сегодня будут дежурить, чтобы отследить состояние Инны и малыша. Или малышки?
Где-то через полчаса я решила заглянуть в палату. Стучать не стала – вдруг заснули? Думала, увижу, что все в порядке, и пойду сама спать. Впервые за несколько недель появилась сонливость, я готова была проспать целые сутки.
Верхний свет оказался выключен. Палату освещала лишь напольная лампа, и то светила в противоположную от койки сторону. Инна спала, протянув руку в сторону стула со спинкой, на котором сидел Вадим.
Мужчина не спал. Он держал в руках сверток, в котором я не сразу распознала пеленки. Вадим с благоговением смотрел на младенца, словно в этот момент весь мир был в его руках.
- Она так прекрасна, - прошептал он мне. Оторвать взгляд от малыша – малышки – от не смог. – Почему она такая красивая?
Я улыбнулась. В груди потеплело от той силы чувств, что была в словах Вадима.
Я зашла внутрь и прикрыла дверь.
- Потому что это твой ребенок, - прошептала я, стараясь не разбудить ни Инну, ни малышку.
Вадим глубоко вдохнул, прикрывая глаза. Судя по всему, делал он это уже много раз.
- Да, Марина, - медленно выдыхая, словно желая подольше задержать в легких запах младенца, проговорил он. – Это мой ребенок. У меня есть дочь, представляешь?
Положив руку на плечо Вадима, я поцеловала его в висок и с любопытством посмотрела на пухлое лицо младенца. Сморщенное, смешное личико я бы не назвала красивым, разве что губки бантиком показались очаровательными. Но Вадим смотрел глазами отца, настоящего отца, и видел в маленьком существе самое прекрасное.
- Как назовете? – поинтересовалась я.
Вадим помедлил.
- Арина, - наконец, ответил он.
- Почти как мое имя, - удивилась я.
Вадим кивнул.
- Так и есть. Созвучно с тобой, но со своей судьбой. Оказывается, я суеверен, - мягко усмехнулся мужчина.
Я осторожно обняла своего друга, стараясь показать, насколько важно для меня решение Вадима. На глазах навернулись слезы. Так приятно осознавать, какое значимое место занимаешь в жизни своих родных!
- Бедные волчата, - шепнула я в ухо Вадиму. – Будешь всех пацанов палками отгонять.
Вадим недовольно рыкнул, и у меня вырвался смешок. Уже сейчас напрягся, а что будет через пятнадцать лет!
- Подержишь? – попросил Вадим, передавая дочь мне на руки. – Я в туалет отойду.
Осторожно приняв сверток, я застыла на месте. Страшновато. Всегда волнительно держать такое хрупкое создание. Младенец излучал жизнь, то самое, что было чуждо моей магии и душе Мары.
Я пригляделась к малышке. Аришка, словно почувствовав внимание, кокетливо причмокнула губами и вновь засопела. Реснички легли на пухлые щечки.
Да, пожалуй, и правда красавица.
***
Уже следующим утром атмосфера в стае поменялась. Оборотни, избавленные от мук неизвестности, снова смогли расслабиться и улыбаться. Конечно, родственники и близкие оплакивали тех, кто погиб или предал стаю, встав на сторону Никиты. Грусть и горечь остались на лицах мужчин и женщин, однако исчезла тревога. Теперь будущее казалось определенным.
Стабильность – это самое главное, чего хочет каждый человек. Враг повержен, вожак подтвердил в бою свою силу, у него родился наследник, давая надежду на долгое процветание стаи.
Артем вплотную занялся восстановлением дел в стае. После боя он не спал, всю ночь следил, чтобы приводили в порядок поселок: убрать тело Никиты, проверить защиту территории. Особое внимание пришлось уделить тем, кто оказался на стороне Никиты и пришел с ним: часть склонили колени перед Вадимом сразу после боя, и теперь необходимо было проконтролировать их размещение. Оставался риск, что среди тех, кто признал власть Вадима, мог быть смертник, который планировал навредить изнутри, поэтому за новенькими установили слежку. И, конечно, нужно было убедиться, что те, кто отказался принимать Вадима как вожака, покинули территорию – не только поселка, но и ближайшую местность.