Я нахмурилась.
-Ты хоть представляешь что творится в моей голове? Я сейчас просто с ума сойду! Драконы мать твою! Драконы!- У меня вырвался истерический смешок. Раньше я видела драконов только на картинках в книжках про принцесс, но всегда думала, точнее, была уверенна, что они просто выдумка, детская сказка!Но теперь когда Сириан парил прямо над моей головой...
Я всерьез задумалась, не умерла ли я.
Рафаэль с сочувствием посмотрел мне в глаза и медленно кивнул.
- Да Вивиан, драконы. -Я не могу знать наверняка, что у тебя в голове, потому, что к моему сожалению или к счастью, я не телепат, но я могу представить, что ты чувствуешь, и что то мне подсказывает что ничего хорошего. Но я могу помочь. Просто позволь мне рассказать тебе кое что. Тебя никогда не волновало, почему твои волосы фиолетовые?
-Я удивлено посмотрела на него, а затем прокрутила в руке прядь своих фиолетовых волос.
Вообще -то, волновало.
Я перемялась с одной ноги на другую обдумав все за и против и с тяжелым вздохом кивнула.
-Терять нечего, рассказывай.
Рафаэль сел на траву, а я опустилась рядом с ним подогнув под себя ноги, не слишком близко, но и не слишком далеко, так, чтобы хорошо его слышать. Сириан все еще кружил над нашими головами, как будто на случай если я передумаю и все таки решусь сбежать, он будет тут как тут.
-Только дослушай до конца. Идет?
Я закатила глаза и опустила голову, стараясь не обращать внимание на огромного синего дракона и на дрожь в руках. -Идет.
Глава 2
-Восемнадцать лет назад в Фесцилии началась жестокая война. «Отреченные», увидев могущество и богатства Фесцилии, начали агрессивные вторжения, стремясь захватить контроль над нашими магическими источниками, они жгли жилые поселения, убивали драконов и младенцев. Все граждане обладающие способностями и достигшие совершеннолетия, вынуждены были идти сражаться.
-Младенцев за что?- От слов Рафаэля у меня по коже побежали мурашки, пусть даже его история и походила на страшную сказку, но сама мысль о том, что кто то убивал младенцев казалась ужасной.
-Если выпить кровь новорожденного мага, сила всего его рода переходит убийце.
Я вытаращилась на него- Какой кошмар! Неужели кто то действительно так делал?!-
Рафаэль опустил глаза и уставился на свои потрепанные ботинки.
-Твои родители не погибли в автокатастрофе Вивиан и их звали не Аманда и Тайлер, их вали Кассандра и Дамиан Аллен. Они спрятали тебя в мире людей в приемной семье, потому что тогда ты только родилась, а род Алленов считался невероятно сильным и ты была в смертельной опасности. Они хотели вернуть тебя обратно когда война закончится, но..
-Они живы? - Внутри меня загорелась надежда. Да его слова звучат как полнейший бред, но если он скажет что мои родители живы, наплевать, я поверю ему.
-Нет.-
«Нет»
Это слово укололо в самое сердце и разбило на кучу крохотных осколков то, что от него оставалось.
Я горько рассмеялась. -Ладно, заканчивай сказочки Рафаэль, это заходит слишком далеко.
-Это не сказки Вивиан.- Он виновато посмотрел на меня- Мне действительно жаль, что именно я стал тем кто рассказал тебе об этом.
-Почему я должна тебе верить? Я вижу тебя впервые в жизни и несколько часов назад именно ты украл мою жизнь, мои мечты. Ты украл мою свободу Рафаэль, а теперь несешь бред про «Отреченных», которые пили кровь младенцев. -Я поднялась на ноги - Какого черта я должна тебе верить? -
Он молча потянулся к внутреннему кармашку его кожаной дубленки и вынув оттуда не больших размеров фотографию, протянул ее мне.
-Что это?-
-Просто посмотри.-
Взяв фотографию в руки я поднесла ее ближе, чтобы разглядеть и перестала дышать.
На снимке была пара, молодые парень и девушка ,от силы лет двадцати пяти, стояли в обнимку и держали на руках младенца
.—
-Кассия , Дамиан и Вивиан Аллен. - Голос Рафаэля охрип и он с большим, почти ощущаемым сочувствием смотрел как мои глаза наполняются слезами.
Девушка, которую он назвал Кассией, была похожа на меня так сильно, что из за плохого качества фотографии и таких же вьющихся фиолетовых волос выглядела практически в точности как я.
Она действительно была моей матерью.
-Ущипни меня. -
-Чего?- Сочувствие сменилось на недоумение, теперь он смотрел на меня вопросительно изогнув бровь.