Вместо того чтобы бросится с мечом на брата и принцессу, он полоснул лезвием по полу, делая разделяющую метку на мраморе.
– Ты выбрал свою сторону. Можешь забрать девчонку. Но больше не надейся на помощь империи и меня. Мы больше не родственники.
– Почему… почему ты это делаешь? – спустя несколько долгих секунд тихо спросил Адриан.
– Мне противен ребёнок от той, кто, даже будучи замужем за императора, спала с бедняком в таверне. Представляешь, первая любовь убивает разум даже самой счастливой женщины. Сам посуди, Алиса не похожа на меня. Даже на каплю. Она просто подкидыш. Подарочек от жены. И знаешь, как я узнал об этом? Из записки, что лежала под нашей с Дианой фотографией. А сама она…
– Диего…
– Она повесилась. Сегодня утром.
– Что…?
– Императрица мертва! – выкрикнул император, пошатываясь из стороны в сторону. – Все это слышали!?
Поймав равновесие, император издал нервный смешок.
"Он потерял рассудок...?"
Адриан сделал несколько шагов назад.
– Исчезни.
И герцог исчез, как того и желал император. Произнёс дрожащими губами заклинание перемещения, подхватив племянницу на руки. Она уже не плакала. Одна её голова металась из стороны в сторону.
⋆⁺｡˚⋆˙‧₊☽ ◯ ☾₊‧˙⋆˚｡⁺⋆
Дорогие читатели, что наткнулись на эту работу среди, кажется, миллиона таких же, мне бы хотелось сказать вам спасибо. Вы открыли «Отречённую», дочитали пролог, а значит вам хоть на капельку, но понравилось и в вас зародились какие-то эмоции (даже если это кринж, хах). Эта работа значит для меня очень многое и больше всего на свете я хочу, чтобы и вам она стала близким другом. Давайте вместе погрузимся в волшебную историю о любви, которая ещё удивит вас… Помяните моё слово:3
Свободная
⋆⁺｡˚⋆˙‧₊☽ ◯ ☾₊‧˙⋆˚｡⁺⋆
Дорога тянулась нескончаемой полоской грязных луж, кажется, до самого края света. Во всяком случае, так мне виделся постоянно отдаляющийся горизонт, среди тёмных лесов Империи Розенталь. Любопытство готово было сойти прямо здесь, посреди полей чёрноцветов, но мне было не до исследований местности.
Ветер не стихал и жесткими порывами бил по глазам, вызывая нескончаемые слёзы. Внутри меня было непривычно пусто. Эта пустота не вызывала тревоги, напротив, я была чиста как незапятнанный лист бумаги и мне это нравилось.
Я могла бы соврать, что жизнь потеряла смысл, после того как я села на эту повозку совсем одна, имея за плечами лишь маленькую сумку с едой на первое время и самым минимумом денег, чтобы банально добраться до своей последней станции. Но на самом деле, я обрела свободу. Пускай и таким ужасающим способом.
Пожар, устроенный моими силами возымел чудный эффект. Никто не заметил, как я подложила вместо себя куклу, наполненную мясом, дабы было правдоподобнее, а сама выскочила через чёрный вход, как раз за пару секунд до того, как дом рухнул, словно карточный домик.
Дядя был в отъезде.
Я не жалею о содеянном.
Он считал, что принцесса должна сидеть в башне, пока за ней не придёт долгожданный принц на белом коне. Правда, наверняка и приедь этот принц в имение, то его тут же развернули бы насилу охранники, а дядюшка, сидевший в это время на веранде, отдал бы приказ об «устранении» помехи.
Мне запрещалось иногда выйти из комнаты, не то что за пределы имения. Из-за чего я росла слабой и постоянно болела от любого ветерка.
Поначалу, когда я только попала в скрытый от столицы дом дяди, мне нравилась и моя огромная розовая комната, просто ЗАВАЛЕННАЯ плюшевыми медведями (наверное, поэтому я так не люблю этих зверей). Со мной обходились нежно, осторожно, боялись навредить моей и без того пошатанной психике. Дядюшка Адриан и вовсе был как воздушный зефир, что аж тошнило иногда от его любезности. Мне постоянно хотелось домой – во дворец. К папе и маме. Всё произошедшее на моём дне рождении постепенно забывалось, как и бывает у маленьких детей.