День за днем первоначальная скованность проходила, и мать с дочерью искали темы для разговоров. Хотя беседой эти разговоры назвать было сложно. Говорила, преимущественно, Азула. О походе в Царство Земли, о захвате Ба Синг Се, о ловушке на Аватара и Большой Игре, придуманной старшим братом. Об Озае и промывке ее мозгов не говорили вовсе. Азула не хотела вспоминать, а Урса не хотела спешить. Когда придет время, ее девочка сама поделится всеми страхами. И давить на такого человека как Азула — самое бесперспективное и глупое занятие.
Через неделю они уже более менее привыкли друг другу, и Урса рискнула обратить внимание на гардероб своей дочери.
Месяц и три недели назад
— Покажешь мне, что сейчас носят в столице? — спросила она как-то утром, во время завтрака. — Давно не было слышно о новинках. Как же я скучаю по шелковым халатам мадам Су. Она делала изумительную вышивку золотой нитью, — говорила Урса, наблюдая, как моментально сдулась всего какую-то минуту назад вполне бодрая Азула.
— Я не знаю, — тихо сказала она, гипнотизируя пиалу с рисом.
— Ну, а месяц назад, когда вы отдыхали на Угольном острове? Ты ведь интересовалась новыми тканями? Ты точно ходила на вечеринки. Ведь такой красавице как ты, очень легко будет затмить всех придворных дам, — Урса с удивлением наблюдала за дочерью. «Озай, ты будешь гнить в тюрьме, даже если наши дети тебя простят», — дала себе зарок Урса, понимая, что ее четырнадцатилетняя дочь не знает ничего чисто женского, при том, что прекрасно знает, как командовать армией.
— Нет, мам. Я… мы ходили на вечеринку в дом Адмирала Чана. И… — совсем смутилась Азула. — Мне не понравилось, — закончила она знакомым многим военным надменным голосом, скрывая за ним специфический опыт общения со сверстниками. Там, где Тай Ли пользовалась огромной популярностью, а Зуко и Мэй просто приятно проводили время, Азула чувствовала себя лишней. Да, все ментальные закладки были убраны, но у нее банально не было необходимых социальных навыков для общения с ровесниками. Она просто не представляла, как нужно себя вести в подобной обстановке. Она знала, как нужно командовать солдатами, управлять слугами и вести себя на официальных приемах. И ни один навык ей не помог влиться в компанию, она казалась неуместной.
— Не понравилось? Или ты просто не знала, как себя вести? — уточнила Урса, демонстративно не глядя на удивленное лицо дочери и, взяв палочки, продолжая завтракать.
— А как ты догадалась? — мгновенно растеряла напускную холодность Азула.
— Милая, мне тоже когда-то было четырнадцать. И я, так же как и ты, не знала, как себя вести со сверстниками, — спокойно ответила Урса, не позволяя себе даже тени насмешки по отношению к Азуле.
— Ну, тебя вряд ли с детства тренировали в покорении, заставляли штудировать военные трактаты, а потом командовать войсками, — надулась Азула.
— А что, принцесса не может развлекаться со сверстниками?
— Может. С подругами может, — нехотя признала Азула, вновь возвращаясь к пиале с рисом.
— Но Мэй и Тай Ли не всегда будут рядом. Иногда случается так, что на вечеринках нет ни одного знакомого. И что? Ты будешь сидеть в углу и дуться на весь свет или выйдешь вперед и покажешь, что умеешь развлекаться несмотря ни на что? — Урса оперлась подбородком о кулак поставленной на столе руки. — Что же, доедай свой рис и идем ко мне, — не дожидаясь ответа, Урса встала из-за стола.
— А зачем? — удивленно рассматривала Азула решительно настроенную мать.
— Будем учить тебя развлекаться, — сказала Урса и пошла в свою комнату.
Придя в комнату матери через несколько минут, Азула увидела, как Урса и две служанки развешивают платья самых разных расцветок и фасонов.
— А, ты уже пришла? Я тут отобрала несколько платьев, что могут тебе подойти, — беззаботно, не обращая на выражение лица Азулы внимания, окинула комнату взглядом Урса.
— Несколько платьев? — переспросила Азула, в ужасе разглядывая гору одежды от ярко красного до нежно-розового цвета.