«А ведь действительно, она постоянно ошивалась рядом со мной в детстве. А потом, когда мы стали постарше, начала теряться, когда я подходил, отводить взгляд или, наоборот, пялиться на меня. Не уж-то действительно… да нет, бред! Или?»
— Ну… я как-то не задумывался об этом… но если подумать, то да, возможно, ты права, — неуверенно промямлил Чан Мин, удивляясь своей близорукости и осознавая, что идея о том, что Тай Ли возможно станет его невестой, а может и женой, не вызывает отторжения.
— Не возможно, а наверняка права, сын. То-то она сразу после бала укатила на Остров Киоши, даже не погостила толком, — задумчиво протянула Урса, а в глазах зажегся шаловливый огонек. — Когда мы закончим с этими шпионскими играми, я лично займусь этим, — сказала Урса, а Чан Мин понял, что окончательно попал.
center***/center
С того дня Чан Мин старался не затрагивать тему женитьбы. Он с головою окунулся в заговор генералов, время от времени устраивая демарши по отношению к Зуко. Это были, как правило, обычные ссоры, связанные с государственными делами. Чтобы еще больше убедить заговорщиков в своей лояльности, Чан Мин восстановил в должности министра обороны князя Циня. Правда, командование армией оставалось на плечах старого и верного генерала Шичена, которого, в конце концов, тоже пришлось посвящать в планы принцев.
Через неделю после прибытия, Урса совершила сватовство в дом генерала Буджинга. Все вопросы были давно решены, и теперь Урса лишь отдавала дань традиции, когда мать приходит сватать невесту и передает за нее калым. В этот раз королевская семья одарила будущих родственников золотом по весу невесты. Дочь генерала Буджинга не была уродлива, наоборот, восемнадцатилетняя красавица Хуа Буджинг считалась одной из самых красивых девушек столицы. Кроме того, она была еще и умна и весьма образованна. Когда Чан Мин увидел ее впервые и заговорил с ней, даже засомневался, а дочь ли Буджинга эта милая девушка. Кроме всего прочего, она была далека от придворных интриг и предпочитала больше читать где-нибудь в саду или вышивать, чем сплетничать. По всем показаниям его людей выходило, что красавица Хуа могла бы стать его невестой, и он бы, со временем, мог бы полюбить ее, если бы не заговор, задуманный ее отцом. Именно в этот момент Чан Мин задумался о немаловажном аспекте их с Зуко плана: о семьях, что представляли заговорщики. Наказывать их всех или только участников заговора? Что делать, если они захотят отомстить, ведь денег и влияния у них все равно будет достаточно? Перерезать их всех? Изгнать в колонии? Или оставить в покое? Ни Чан Мин, ни Зуко не знали ответа на этот вопрос. Тем временем до помолвки оставалось две недели.
Заговор: Часть 2
Подготовка к встрече шла полным ходом. Писались письма, рассылались указания, резервировались места в храме. За несколько дней до помолвки, Чан Мин и Зуко вновь разругались, и Хозяин Огня объявил, что присутствовать на помолвке брата не будет. Естественно, Чан Мин демонстративно обиделся и за несколько дней до помолвки съехал из дворца в одну из пригородных резиденций королевской семьи. Столь же демонстративно Мэй, которую наконец-то посвятили в план, и Урса постарались помирить братьев, но ничего не выходило. Кортежи невесты Хозяина Огня и ее будущей свекрови почти каждый день ездили от дворца до загородной резиденции.
Именно в этой резиденции, еще до последней ссоры, собирались заговорщики, где обсуждался широчайший круг вопросов, начиная от привлечения представителей других сословий, заканчивая цветом нарядов принца и его невесты в день помолвки. По вечерам Чан Мин скрытно пробирался в это поместье, где встречался с верхушкой заговорщиков, отчитывавшихся о результатах их деятельности. А они, безусловно, радовали.
Проводимые чистки среди военных сторонников Озая привели к тому, что основное количество недовольных пришлось именно на сухопутные войска. Самые ярые сторонники войны во флоте погибли вместе с адмиралом Джао на Северном Полюсе. Кроме того, именно сухопутные войска первые попали под сокращение в условиях отсутствия постоянных боевых действий. В то же время флот не только не был сокращен, но наоборот, большую часть покорителей перевели именно туда. Закладывались новые корабли, сооружались новые гавани, укреплялись старые, что вызывало зависть у некоторых сухопутных генералов и офицеров, чем и пользовались заговорщики.