Чан родился принцем, человеком, обязанным по праву рождения править и управлять другими. Возможно, отправляя его, тринадцатилетнего мальчишку, в изгнание, Озай планировал сломать его, выбить из него уверенность в том, что он рожден править или вовсе желал, чтобы Чан сгинул на чужбине. Такие мысли все чаще приходили ему в голову. Он не понимал логики отца и не желал признавать его правоту. Династия должна быть едина. А теперь, они все разбросаны по миру и занимаются чем угодно, но не службой своей родине.
Он видел, чем оборачивается война для всех. Смерть, разруха, голод. И понимал, что она слишком затянулась. Но ничего не мог поделать с этим. Чан Мину лишь оставалось все больше укореняться в великом городе и попытаться помочь своей стране и семье чем сможет.
Молодой принц-изгнанник встал из-за стола, потушил свечи и лег спать. День был хлопотен и он, сильно уставший, быстро заснул. Последней мыслью перед сном, стало: «Я сделаю это!».
Царская милость
Время. Что есть время? Что оно из себя представляет? Как оно влияет на нас?
У разных народов разное представление о времени. Иногда весьма похожее на представление других, а иногда совершенно отличное. Например, для людей из Царства Земли время статично. Солнце и луна день за днем сменяют друг друга на небосводе. На полях, цикл за циклом, созревает пшеница, затем плодовые, затем ячмень и вновь пшеница. Ремесленник каждый день идет в свою лавку и делает свою работу. Иногда, у Чан Мина возникало впечатление, что Царство Земли — это одно большое сонное царство, где ничего не меняется. Люди здесь ценят стабильность. Стабильность, возведенную в абсолют. Не даром худшим проклятием здесь считалось: «Чтоб ты жил в эпоху перемен».
При этом Царство не стояло на месте в своем развитии. Да, оно было медленным, но оно было. С момента своего появления в Великом городе, Чан стал по возможности закупать ценные книги. И каково же было его удивление, когда он то и дело натыкался на весьма продвинутые фундаментальные труды по математике и естествознанию, целительству и военному делу, строительству и сельскому хозяйству. Многое из написанного было уже претворено в жизнь, но ещё большее оставалось лишь на бумаге. Ведь зачем спешить? Не сделают они, сделают дети. Не сделают дети, сделают внуки. Ведь город Ба Синг Се, как и сама земля, что есть везде, в глазах его жителей вечен и непокорим. Всем стихиям нужна земля как опора и основа. Даже ветер, что, кажется, гуляет сам по себе и ни от одной стихии не зависит, без гор и лесов не будет столь грозной силой. Все происходит из земли и уходит в землю.
Прошло уже целых три года с той встречи в храме. Предприятия Чан Мина в Ба Синг Се теперь приносили стабильный доход. Сам он, согласно местным законам, как состоятельный гражданин-торговец, выкупил дом в Среднем Кольце Великого города. Хотя и бывал он там редко, но положение обязывало приобрести подобную недвижимость.
Чан Мин, прожив в Ба Синг Се три года, осознал всю бесперспективность войны с Царством Земли. Ведь даже самый сильный пожар рано или поздно станет затухать, столкнувшись с необъятными просторами степи, что раскинулись на многие мили вокруг Великого города. Земля поглощала, пропускала через себя огромные ресурсы Народа Огня, не давая в ответ ничего. Да, армия двигалась вглубь континента. Но потери… потери были чудовищны.
Все это Чан знал на уровне пускай и весьма достоверных, но слухов. Доверенные люди в разных уголках Царства постоянно снабжали его ими. Да и возглавлявший солидную агентуру по всему городу Чу исправно снабжал своего работодателя информацией. С Чу вообще интересно получилось. В один момент Чан Мин почувствовал, что без хорошо налаженной службы безопасности ему не выстоять. Да, в его распоряжении были несколько десятков весьма надежных бойцов, но они больше напоминали банду, а не стражу. Отбившись от местного криминала, Чан всерьез занялся созданием СБ. Память прошлой жизни подсказывала ему, что каждая мало-мальски серьезная контора должна иметь в своем распоряжении СБ, выполняющую широкий спектр задач. Перед глазами к тому же был пример Лао Бейфонга, который не поскупился и содержал не только несколько сотен головорезов, но и внушительный штат осведомителей по всему континенту и не только. Некоторые из них служили семье Бейфонг поколениями и были готовы без вопросов выполнить любое указание своего хозяина.