«Заключить мир сейчас. Признать независимость отдельных провинций. На их основе создать верные нам режимы и править ими, даже не держа военных гарнизонов, только советников. Они, со слабой промышленностью, но неплохим сельским хозяйством станут рынками сбыта наших заводов и источником дешевых ресурсов. А главное нужно стравить их, чтобы постоянно грызлись между собою и не вспоминали о том, что когда-то у них, пускай часто и формально, был один царь. Сейчас самый удобный момент для такого маневра. Но отец никогда на такое не пойдет».-Думал Чан Мин, направляясь к месту встречи с сестрою. С собой он нес план, в котором подробно описал, какие действия нужно предпринять, чтобы покорить Царство Земли окончательно. Оставалось только, чтобы Азула убедила отца в перспективности его плана. Пускай автором считают ее. Главное, утвердить гегемонию Народа Огня над миром, а он сам точно не пропадет.
Место встречи представляло из себя высокий холм с одиноким деревом за внешней стеной. Место по своему живописное и красивое, но почему-то неумолимо грустное. Там уже находились Зуко с Азулой. Зуко сидел лицом к дереву, опустив голову. Азула лежала на траве и задумчиво рассматривала облака. Не особо скрываясь, Чан вступил на холм и стал подниматься на верх. Первым его заметила Азула. Выпрямилась, села и с каким-то странным, немигающим, взглядом посмотрела на него. Она была одета в одежду воина Киоши, но только без грима и замысловатой прически. Зуко был одет в обычную одежду небогатого торговца: болотного цвета халат и пояс, недорогие туфли. Он тоже понял, что Чан Мин здесь, повернул голову, посмотрел и вновь уставился в корни дерева.
Чан остановился, не дойдя до них десяток шагов. Между ними установилось неловкое молчание. Чан позабыл все те слова, что он подготовил для их встречи. Что он должен сказать? Извиниться? Встать на колени? Достать свой меч и вспороть себе живот, как делали раньше? Он не знал. Но и просто заговорить с ними сейчас, когда все ментальные закладки сняты и они полностью владеют собой, он не мог. Ведь в том, что с ними произошло, виноват он и только он. Он оставил их с Озаем, думая, что отец не даст их в обиду. Но именно от Озая их и надо было спасать. Разумом он понимал, что тринадцатилетний подросток вряд ли смог бы что-то сделать. Но осознание того, что он как старший брат их не уберег, последнее время травило его душу. Когда он вновь сфокусировал свой взгляд, он увидел, что Зуко и Азула уже встали и выжидательно смотрят на него. Азула скрестила руки на груди и вопросительно подняла бровь, а Зуко сцепил руки за спиной и с улыбкой созерцал что-то ведомое только ему. Вздохнув, Чан Мин сказал.
— Давненько мы вместе не собирались.
— Да, давненько.- Ответил Зуко, посмотрев на старшего брата. Они вновь замолчали. Все трое просто не знали, о чем говорить. Ведь с ними столько всего произошло.
— И долго мы будем молчать? -Раздраженно спросила Азула, вызвав улыбки своих братьев.
— Не знаю. Мне, лично, сейчас очень хорошо. Хотя дядю, конечно, жалко.- Высказался Зуко, почесав появившуюся недавно щетину.
— Так все-таки вы арестовали Айро? -Спросил Чан Азулу.
— Да. Дядя, конечно, крут. Но чтобы наше предприятие прошло успешно, я должна представить кого-то из вас в цепях. Ты и Зуко отпадаете, остается Айро.-Сказала Азула обычным деловым тоном, в котором напрочь отсутствовали нотки высокомерия, которые раньше можно было услышать в словах принцессы.
— И посвящать его в нашу авантюру вы, конечно, не стали.- Не спрашивал, а утверждал Чан.
— Мне ваш план не нравился с самого начала.- Сварливо высказался Зуко.
— Зуко, сколько раз повторять. Нужно, чтобы все было максимально натурально. А для этого нужен Айро, свято поверивший в твое предательство. Нам всего-то нужно помелькать во дворце, а затем убежать на Угольный остров, где нас никто не будет допекать расспросами.-Уже который раз Азула стала объяснять Зуко прописные истины их плана, на что Зуко лишь страдальчески закатывал глаза. Наблюдая за ними, Чан Мин не мог отделаться от чувства облегчения. «Как в старые-добрые времена». -Мелькнула в сознании подходящая ситуации фраза и старший принц почувствовал, что слабеет. Дальняя дорога, напряжение последних дней, постоянное использование техник по управлению энергии ци сильно вымотали его. Все-таки он был обычным человеком, а не покорителем, которым были чужды многие слабости таких как он. И теперь уставший организм почувствовав, что беды позади, потребовал спокойствия. Слабость накатила внезапно и принц стал медленно оседать на землю. Это заметили Зуко и Азула, которые быстро подбежали к старшему брату и, подхватив его, вместе уселись на траву.