В конце концов, наверное, даже не удивительно, что он мне приснился. Это ведь его зелье и его совет. К тому же, я думал о нем, когда ложился спать. Только вот непонятно, как теперь себя с ним вести. Если догадается, то выгонит меня вон навсегда. А обмануть его или что-то скрыть у меня еще ни разу не вышло. Но и отказываться от общения с ним я тоже не хочу. Я слишком к нему привык. А самое дикое: я знаю, абсолютно точно знаю – это повторится! И, возможно, не единожды. Особенно яркие сны у меня всегда повторяются. С некоторыми купюрами, конечно, но, тем не менее. Плюс еще высота – она-то мне сниться точно не перестанет. И – я уверен – теперь в этих снах всегда будет Снейп. Потому что он сильнее, чем страх. Сам сказал.
Ладно. Надо рассуждать логически. Да, на третьем курсе мне нравился Вуд. Но сейчас-то мне нет до него ни малейшего дела! Просто красивый парень, мало ли таких. А Гермиона на втором курсе вообще была без ума от Локхарта. Двадцать четыре часа в сутки о нем говорила, причем, именно со мной, а не с Гарри и Роном. Наверное, потому, что я, в отличие от них, слушал ее с самым серьезным выражением лица и не хихикал.
Все это даже как-то закономерно. Я ведь много времени со Снейпом провожу, общаюсь с ним больше, чем со всеми остальными учителями вместе взятыми, доверяю ему. Он помогает мне, рассказывает об интересных вещах, иногда шутит. А еще он знает обо мне даже больше, чем моя бабушка – это тоже немаловажный фактор.
Но ведь это все не на самом деле. То есть временно. Долго такое не длится. Значит, нужно просто подождать, пока все закончится. А до того времени стараться вести себя, как обычно. Ведь Снейп не виноват в том, что творится в моей голове. У него и так жизнь не из легких, я не имею никакого морального права изводить его своими подростковыми гормонами. Следовательно, нужно вести себя так, словно все в порядке. Не прятать глаза, не смущаться в его присутствии, не бегать от него и приходить к нему в лабораторию, как и раньше. Тогда есть шанс, что он ничего не поймет. Ведь для того, чтобы догадаться, ему нужно хотя бы допустить мысль, что подобное возможно, а я сделаю все, чтобы не дать ему никакого повода для этого.
Но, может быть, я даже могу позволить себе немного пофантазировать. Все равно у меня нет никаких шансов. И не только с ним, но и вообще. Ничего, кроме фантазий и снов мне в этой жизни не светит. Так уж сложилось, и никто в этом не виноват.
У тети Энид есть дети, но они носят другую фамилию и к нашему роду имеют только косвенное отношение. Дядя Элджи вряд ли когда-нибудь женится – не тот он человек. Тем более он говорил мне, что не может иметь детей, так что дело даже не в этом. Следовательно, вся надежда на меня. Рано или поздно мне придется жениться и оставить наследников, я давно это знаю и давно смирился с необходимостью продолжать род. Так надо. Если бы мама и папа были здоровы, то, возможно, у меня были бы братья и, как следствие, хоть какой-то шанс жить так, как нравится. Но чего нет, того нет. Я просто не имею права так подвести свою семью. Родители мне бы этого не простили. И дед бы не простил. И бабушка не простит тоже. Но пока мне только шестнадцать, и я могу позволить себе хотя бы фантазии. После женитьбы у меня не останется даже этого, а значит, надо пользоваться тем, что есть. Главное, чтобы Снейп ни о чем не догадался. Я слишком боюсь потерять его, боюсь все испортить. Ведь он точно перестанет со мной разговаривать, если узнает. Этого я просто не переживу.
Глава 23. Настоящее сумасшествие
Желудок сводит от голода, и я уже было собираюсь позвать Минси, но в последний момент зажимаю рот рукой. Сам отправил ее в Хогвартс, а теперь постоянно об этом забываю. Только сейчас я начинаю понимать, насколько привык к ней. Теперь мне придется вставать из-за стола, аппарировать на кухню, готовить себе что-нибудь, терять драгоценное время. Надо было все-таки поужинать. Но теперь об этом уже поздно думать. Ладно, отправлюсь на кухню, когда голод станет невыносимым.
В голове не укладывается, как некоторые обходятся без домовых эльфов. Нет, обойтись, конечно, можно, но насколько они все упрощают! Зря гады вроде Малфоев плохо с ними обращаются – рано или поздно им это надоест, они взбунтуются, и мы вообще без эльфов останемся. Дед всегда говорил, что домовиков нужно уважать, потому что они делают нашу жизнь легче.