– По зельеварению у меня «превосходно», если тебя это так интересует, – сухо информирую я, окончательно устав от этого словесного поноса. – В следующий раз принесу тебе табель. Может, кто-нибудь другой уже выскажется, а?
Но оставлять тему меня ребята никак не желают. Бросают оценивающие взгляды, задумчиво закатывают глаза.
– Кстати, Спраут Невилла очень хвалит, – вспоминает Ханна. – Все время говорит, какой он способный, правда, Сьюзен?
Ну, естественно. Мне она о вас тоже много чего говорит, милые девушки. Ей только волю дай.
– Спраут, ну, конечно! – ехидно цедит Майкл. – Гербология – это именно то, что нам сейчас нужно! Куда же без нее? Подарим Снейпу цветочек, он умилится и раскается в содеянном!
Я терпеливый человек. Правда. Но этот Корнер меня довел. Мне есть, что ему сказать, но слов тут явно недостаточно. Нужна демонстрация. Я озираюсь и замечаю на полке маленький горшочек с цветком на длинном тонком стебле. Отлично! Просто поразительно, до чего натурально выглядит! Даже покачивается точно так же, и листики шевелятся, и заостренные лепестки такого же ярко-голубого цвета, как и у оригинала. Вот только опасности никакой нет. Невербальным заклинанием я перемещаю цветок под нос Корнера.
– Что ты мне суешь? – он шарахается в сторону.
– Цветочек, – любезно поясняю я, бросив взгляд на одобрительно улыбающуюся Джинни. Что это такое, она вряд ли знает, но наверняка поняла, что я хочу его проучить.
– Без тебя вижу. Поконкретней нельзя?
– Можно, отчего же? Но, согласись, цветок красивый, – я вращаю его в разные стороны, чтобы все могли рассмотреть. – Вам нравится, девушки?
Они неуверенно кивают и переводят недоумевающие взгляды с цветка на меня. Только Луна, как всегда, абсолютно невозмутима.
– Очень красивый цветок. И название у него тоже красивое – Альената, – краем глаза я замечаю, как вздрогнул и побледнел Энтони. Ну, хоть кто-то в курсе. – Но есть у этого цветка один маленький недостаток. Если он хотя бы почувствует присутствие человека, то немедленно выпустит ядовитый шип. И знаешь, что будет, Майкл, если он попадет тебе, например, в руку?
– Ч-что же?
– Начнется некроз. Произойдет это так быстро, что ты почувствуешь эффект раньше, чем вообще заметишь, что тебя ранило. И ни зелья, ни заклинания тут не помогут. Руку придется отрезать. Если, конечно, удастся успеть прежде, чем дело зайдет слишком далеко.
Майкл меняется в лице и замирает на месте.
– А теперь смотри, как это происходит, – я сильно встряхиваю горшок. Лепестки соединяются, образуя бутон, который прижимается к земле. Затем цветок распрямляется, лепестки резко раскрываются и…
– Убери от меня эту дрянь, псих! – пронзительно выкрикивает Майкл, резво отбегая на другой конец комнаты.
– Не пугайся. Это всего лишь копия, модель. Ничего опасного. Исключительно для демонстрации – словам бы ты не поверил, – я взмахиваю палочкой и «Альената» исчезает.
– Так может и демонстрации верить не стóит? – слегка успокоившись, но все еще нервно говорит Майкл. – Где гарантия, что ты не наврал?
– Ничего он не наврал, – мрачно произносит Энтони. – Я знаю об этом цветке. Мой дед так умер – в саду дрянь выросла. Прямо в лицо шип угодил.
– Ох… Энтони, прости, я не хотел… – я чувствую себя виноватым.
– Ничего, – он пожимает плечами. – Это еще до моего рождения произошло, я даже не знал его.
– И все равно, я не должен был…
– Да все нормально, правда!
– Ну, допустим, – Майкл успокоился настолько, что даже возвращается к нам. – Но даже если и существует такое растение, мы же не можем его использовать!
– Есть и другие, знаешь ли, – замечаю я, – менее опасные, но не менее действенные. И некоторые из них я даже привез в школу, и профессор Спраут сейчас следит за их ростом.
– И что там есть? – заинтересовавшись, спрашивает Ханна.
– Инсания, например, – ее аромат временно сводит с ума, – отвечаю я. – Инвизиас на время ослепляет – тоже полезная штука. Есть еще Ризус Моверия – вызывает беспричинный смех.
– А от этого какая польза?
– Если ты, Майкл, способен нормально колдовать, безумно при этом хохоча, то за тебя можно только порадоваться, – ехидно произносит Джинни.
Ее слова вызывают небеспричинный смех у всех присутствующих за исключением, разумеется, самого Майкла.
– А ты молодец, Невилл, – одобрительно говорит Парвати. – Откуда только все знаешь? Ведь это, по-моему, даже в школе не изучают.
– Ну, я же гербологией с детства увлекаюсь – учебники большей частью еще до школы прочел, – смущенно объясняю я.