А если Волдеморт вообще не знал о проклятии? Так, нет, стоп! Не мог он не знать. Не Снейп, так Малфой рассказал бы. Не Снейп, ага! Небось, сразу же и побежал. Ну, а Волдеморт что сделал? Волдеморт тут же поручил Малфою убить Дамблдора. И Снейпу заодно. И какой смысл? Нет, хоть на части меня режьте, но есть во всей этой истории что-то абсурдное…
1 – Инсания
Отдаленно похожа на лилию. Но если от запаха лилии максимум голова может заболеть, то запах Инсании как бы сводит с ума. Именно как бы. Человек продолжает адекватно мыслить, но ведет себя неадекватно. Беспорядочные движения, неспособность произнести даже самые простые фразы, обильное пускание слюней, глупое хихиканье – и при этом абсолютно ясное сознание, вот что обидно! Я ее в детстве нанюхался, поэтому знаю, о чем говорю. Бабушка тогда решила, что со мной все кончено. Зато целители в Сент-Мунго здорово повеселились. Хотя, конечно, ничего особенно смешного тут нет. Известны случаи, когда волшебники сами себя калечили и даже убивали в таком состоянии.
2 – Астринг
Его считают агрессивным, но, на самом деле, он просто очень пугливый. И, как и многие другие существа, считает, что лучшая защита – это нападение. Убивать не убивает, но старается нейтрализовать. Поэтому, если человек оказывается в радиусе действия, Астринг связывает его по рукам и ногам. Вроде бы ничего страшного, да вот только сил он не жалеет, поэтому кровообращение нарушается. Дядя Элджи рассказывал, что один его знакомый по милости Астринга лишился обеих ног. Причем, палочка в самом начале выпала у него из рук и все это время валялась неподалеку, но ему не хватало буквально пары дюймов, чтобы до нее дотянуться.
Глава 33. Будет только хуже
Дорога в Большой зал на завтрак сегодня особенно приятна. По правде говоря, я даже не знаю, чего мне больше хочется: поскорее там оказаться и насладиться зрелищем, или идти как можно медленней и насладиться предвкушением. Впрочем, идти слишком медленно неразумно – есть риск пропустить самое интересное. Поэтому мы с Джинни и Симусом идем спокойным шагом, никуда не торопясь, но и не останавливаемся каждые две минуты, чтобы почесать нос или завязать шнурки.
Вчерашнее собрание АД, которое все-таки удалось провести, принесло свои плоды. Сначала мы немного и весьма успешно тренировались в заклинаниях, а потом решили, что пора бы встряхнуть эту школу и вытворить что-нибудь эдакое. Без членовредительства, конечно же, – мы все-таки не Пожиратели смерти. И даже не близнецы Уизли. Джинни я свои мысли, разумеется, не озвучиваю, но, по-моему, засунуть человека в Исчезательный шкаф только за то, что он хотел снять баллы с Гриффиндора, – это немного чересчур. Парень ведь чуть рассудка не лишился!
Как выяснилось на собрании, мысль о том, как мы якобы собирались оставить надпись на кабинете Снейпа, запала в душу многим. Поэтому и было решено воплотить ее в жизнь, только на территории Большого зала. Почему нет, в самом деле? Конечно, тут нужно помнить о риске, что достанется в первую очередь тем, кого он застукал. С другой стороны, это ведь еще не доказательство виновности. Но когда Снейпу требовались доказательства? Как бы то ни было, мы пришли к выводу, что ночевка в компании кентавров и Хагрида – не самое страшное, что может случиться с человеком.
Веселая вчера была ночь. Думаю, мне и через десять лет приятно будет ее вспомнить. Если доживу, конечно. Лауди и еще несколько эльфов, которых он нам так и не представил, караулили все выходы из Большого зала, пока мы его украшали. Никакой конкретной схемы у нас не было – мы решили, что так будет веселее. В результате, весь Большой зал оказался исписан лозунгами вроде: «магглорожденные – это сила», «Гарри Поттер – победитель» и даже – по настоянию Терри – «гнать свиней из Хогвартса!». Чересчур экспрессивно, по-моему, ну да ладно. А вот Энтони нарисовал над преподавательским столом очень похожие карикатуры на Кэрроу и не очень похожую – на Снейпа. Совсем не то, на мой взгляд, но если ребятам нравится, кто я такой, чтобы спорить? Причем, нарисовал он их в точности над местами, которые они обычно занимают.
По дороге в Большой зал мы стараемся сохранять серьезность. Парвати и Лаванда вышли чуть раньше – сейчас они, наверное, уже там. Надеюсь, хихикают не слишком громко.
Шум и гул голосов, перемежающийся то громкими смешками, то не менее громкими ругательствами, мы слышим еще в холле. Войдя в Большой зал, мы пытаемся как можно незаметней пробраться к своему столу и с трудом сдерживаем смех. Вид открывается потрясающий. Амикус Кэрроу носится по всему залу, не зная, куда в первую очередь тыкать палочкой, и за что браться. Алекто Кэрроу пытается стереть свою карикатуру, причем, лицо у нее сейчас такое, что карикатура больше напоминает портрет. Ну-ну, удачи. Я ее вчера так припечатал, что она полдня провозится, не меньше. Карикатуры на Снейпа уже нет. Сильно подозреваю, что он уничтожил ее легким движением брови или взмахом носа, гений проклятый! Крэбб и Гойл пытаются помочь любимым преподавателям и стереть хотя бы некоторые надписи. Особенно им упоминания о магглорожденных не нравятся. Даже на Гарри Поттера не настолько бурно реагируют. Как бы то ни было, получается у них скверно. Малфой, Паркинсон, Гринграсс, Нотт и остальные слизеринцы в заклинаниях, определенно, лучше разбираются – им хоть что-то удается.