– Так, стоп! – перебиваю я сам себя. – Не о том думаешь, Невилл! Сосредоточься, муховертку тебе в задницу!
Я несколько раз обхожу стол и, чуть помешкав, усаживаюсь на него. Мысль о том, что я, можно сказать, сижу на столе в лаборатории Снейпа, вызывает невольную улыбку. Представляю, как бы он отреагировал, вздумай я поступить подобным образом на его территории! Но не об этом речь сейчас.
Надо рассуждать логически. Пожалуй, лучше забыть на время об этих отработках и связанных с ними домыслах – так я ни к чему конкретному не приду. Лучше сосредоточиться на фактах. На прямых уликах, так сказать. Сколько у нас всего прямых улик против Снейпа? Не так много, если задуматься. Зато все они веские. Во-первых, безусловно, убийство Дамблдора. Гарри это видел, тут сомнений никаких. Во-вторых, происшествие с Джорджем, о котором рассказывала Джинни. Свидетелем был Люпин, ему лгать тоже незачем. В-третьих, Гарри говорил, что Снейп передал Волдеморту какую-то информацию о его родителях.
Начнем рассуждать согласно хронологии. Очевидно, что вначале состоялась передача информации. Какой именно? О том, где прятались родители Гарри? Нет, это вряд ли. Во-первых, они не стали бы ему докладываться, а, во-вторых, в этом сначала крестного Гарри обвиняли, а потом выяснилось, что виновен другой их школьный приятель. Так что Снейп тут не при чем.
А что, если дело в Пророчестве? Откуда вообще Волдеморт о нем узнал? Может, как раз от Снейпа? Так, а когда оно было сделано? Там же была дата! Как бы вспомнить… Эх, думоотвод бы сейчас сюда! Помнится, у деда был. Попросить, что ли, Минси, чтобы принесла…
Вдруг раздается негромкий стук, я резко поворачиваю голову, машинально выхватив палочку, и вижу, что посреди стола появилась каменная чаша, украшенная резными рунами.
– Спасибо, – искренне говорю я. – Очень оперативно. Знать бы только, как это делается…
Дед ведь мне объяснял. Кажется, нужно прикоснуться палочкой к виску и сосредоточиться на воспоминании. Что ж, попробуем. Итак… Отдел тайн… комната с пророчествами… девяносто седьмой ряд… вот Рон уставился на что-то на одной из верхних полок…
Есть! Я отвожу палочку в сторону, и за ней тянутся серебристые нити. Медленно и осторожно я помещаю воспоминание в думоотвод. Теперь нужно только посмотреть – я прикасаюсь палочкой к поверхности и лечу головой вперед внутрь сосуда.
Зал Пророчеств. Девяносто седьмой ряд. Мы стоим в самом конце и переглядываемся, думая, как бы потактичней объяснить Гарри, что не стоило так дергаться. Вот я стою… Тьфу ты, пропасть! Я что, действительно вот так вот тогда со стороны выглядел? Рожа потная, перепуганная, руки дрожат… Наверное, от полета еще не отошел.
Гарри бегает между стеллажами, пытаясь найти следы своего крестного. Рон от нечего делать разглядывает хрустальные шары и вдруг замирает и зовет Гарри.
– Что? – отзывается тот.
– Ты видел это? Тут твое имя, – сообщает Рон, когда Гарри возвращается к нам
Мой ранний вариант тоже подходит поближе и приглядывается. Я к нему присоединяюсь. Ого, а я, оказывается, неслабо вырос за это время! Даже шею вытягивать не приходится.
«С.П.Т. – А.П.В.Б.Д.
Темный Лорд и (?) Гарри Поттер»
Ну, тут все ясно. Сивилла Патриция Трелони произнесла, Альбус Персиваль Вулфрик Брайан Дамблдор терпеливо выслушал. Знак вопроса тоже понятен – изначально подразумеваться мог еще и я. А вот дата…
Я прищуриваюсь. Мерлин, это что, целитель писал? Вообще ничего не разобрать! Тысяча девятьсот… Ну, надо же, какие откровения! А я-то полагал, что его в позапрошлом веке произнесли! Третья цифра, вроде бы, восемь. А четвертая? Что-то округлое, кажется… либо ноль, либо шесть, либо девять. Но шесть и девять не вариант – мы же в восьмидесятом году родились. Значит, восьмидесятый и есть. Ну что ж, это логично. Пора выбираться отсюда. Что-то мне совсем не хочется смотреть дальше.
Я выныриваю из думоотвода, стукнувшись пятками об пол, и возвращаю воспоминание на место. Итак, тысяча девятьсот восьмидесятый. За год до того, как Снейп начал работать в Хогвартсе. На тему того, почему он начал там работать, я еще на пятом курсе рассуждал. Все вполне закономерно. Волдеморт посылает Снейпа шпионить за Дамблдором. Снейп подслушивает часть Пророчества и сообщает Волдеморту. Естественно, ни о каком шпионаже уже не может быть и речи – раз Снейп не дослушал Пророчество, значит, Дамблдор его застукал. Потом на свет появляемся мы с Гарри, и Волдеморт почему-то выбирает его.