– Забудь, – усмехается он. – Этот маленький мерзавец и так обо всем догадался. Ты бы видел, какая ехидная у него была физиономия, когда он вчера приносил ужин.
Мне становится смешно. Вот уж воистину эльфов нужно всячески уважать! Слишком много они знают, чтобы мы могли позволить себе смотреть на них сверху вниз.
– Между прочим, ты обманщик, – сообщаю я, проверяя, все ли пуговицы на мантии застегнуты.
– Неужели?
– Ага. Два года назад уверял меня, что не кусаешься, а что в итоге?
– Твое счастье, что у тебя хватило ума не напомнить мне об этом вчера, – заявляет Северус серьезным тоном, но в глазах на мгновение мелькают веселые искорки.
Он встает с кресла, и я, одним глотком допив остывший кофе, тоже поднимаюсь.
– Надеюсь, ты понимаешь, что какое-то время должен…
– …делать вид, что мне неудобно сидеть, ходить и прислоняться к спинке стула, а также демонстративно морщиться, когда меня хлопают по плечу, – бодро заканчиваю я. – Да, я все понимаю, не впервой.
– Молодец, – он коротко целует меня в губы. – Теперь идем.
Я распихиваю по карманам мантии приказавшие долго жить предметы гардероба и вслед за Северусом прохожу в кабинет.
Директора на портретах шевелятся и с любопытством поглядывают на нас из-под полуприкрытых век.
– Как ты себя чувствуешь, Невилл? – участливо спрашивает Дамблдор.
– Все хорошо, господин директор, – вежливо отвечаю я, пытаясь понять, почему этот вопрос так меня раздражает. Возможно, дело в том, что я не люблю, когда меня слишком пристально разглядывают. Да и вообще, с чего это он меня по имени называет? Я же не Гарри, в самом деле!
Северус вот тоже смотрит на него сердито, словно тот не о самочувствии меня спросил, а предложил, как минимум, принять метку и присоединиться к сторонникам Волдеморта. Или еще что похуже.
– Ну все, иди, пока есть время, – говорит он, отвернувшись от Дамблдора.
– Уже иду. До встречи, Северус. Кстати, когда она состоится?
– Посмотрим по обстоятельствам. Думаю, скоро. Я найду повод.
Он едва заметно кивает, а по губам пробегает мимолетная улыбка. Наживка заброшена. И все-таки жаль, что я не буду присутствовать при этом разговоре. Их много, а он один. Тем более отдельно взятые личности директорами еще в Средние века были, для них все это вообще за гранью добра и зла. Но раз он против, приходится уходить.
Вот я и ухожу. Тепло улыбаюсь на прощанье и спускаюсь вниз, где уже дожидается Лауди. В его сопровождении я быстро добираюсь до гриффиндорской башни.
Докричавшись до Полной дамы, я, наконец, захожу в гостиную. Первое, что бросается мне в глаза – это спящая Джинни, свернувшаяся калачиком в одном из кресел. Мерлиновы яйца… Получается, она всю ночь ждала меня, пока я развлекался… Но почему здесь, а не в спальне? Боялась, что я, вернувшись, не стану подниматься и будить ее? Чувствуя себя редкостной скотиной, я пытаюсь на цыпочках пройти мимо, но она тут же просыпается и вскакивает так быстро, словно и не спала вовсе.
– Невилл! – Джинни чуть ли не с кресла прыгает мне на шею. – Как ты? Что с тобой? Она тебя пытала?
– Все в порядке, – заверяю я, снимая ее руки со своей шеи. – Просто мне нужно было немного покоя, а здесь – сама понимаешь…
– Невилл, ты вернулся! – из спальни девочек спускается встревоженная Лаванда. – Что она с тобой сделала?
Я не успеваю ответить – вслед за ней появляется Парвати, а из нашей спальни показывается Симус. Разумеется, они тоже наперебой задают мне все эти вопросы.
– Все в порядке, – снова говорю я, понимая, что мне никто не верит.
– В порядке? – вдруг выкрикивает Джинни, – А это что такое? – и выхватывает из моего кармана то, что осталось от рубашки.
Я покрываюсь холодным потом. Хорошо, хоть то, что осталось от трусов, в другом кармане лежит, не то я бы просто умер на месте.
Джинни между тем держит разорванную и покрытую засохшей кровью рубашку на вытянутой руке, и ее карие глаза расширяются от ужаса.
– Это ничего, – быстро говорю я, забирая у нее рубашку и засовывая ее обратно в карман. – Все уже нормально, я просто…
– Снимай мантию! – перебивает она.
– Что? Не собираюсь я ничего снимать!
– Немедленно снимай! Симус, держи его! – командует Джинни. – Девчонки, помогайте!
– Так, стоп! – я поспешно отхожу от них на безопасное расстояние. – Руки прочь от руководителя! Совсем обнаглели.
– Невилл, нам не до шуток, – серьезно говорит Парвати.
– Это я уже понял, – вздыхаю я. – Сейчас сниму.
Спорить с ними бесполезно – теперь уже не отстанут, раз Джинни рубашку заметила. Вот не мог, дурак, поглубже ее спрятать! Подавив очередной вздох, я медленно, демонстративно морщась, снимаю мантию и поворачиваюсь спиной. Джинни и Парвати ахают, Лаванда вскрикивает, и даже Симус издает какой-то приглушенный звук. Мерлин, что же там творится?