– Лавгуд, встать!
Луна беспомощно смотрит на меня.
– Что вам от нее нужно? – спрашиваю я, крепко сжимая палочку.
– Не твоего ума дела! – рявкает второй Пожиратель с такими кривыми ногами, что кажется, будто вместо них под мантией припрятано колесо.
– Она никуда не пойдет, пока вы не объясните! Ей еще нет семнадцати, а по закону несовершеннолетнего можно арестовать только в присутствии родителей или опекунов, – твердо говорю я.
– Никто никого не арестовывает, ясно тебе! – нетерпеливо и нервно выкрикивает высокий Пожиратель, явно раздосадованный моей осведомленностью о законодательстве. – С ней только хотят побеседовать! – он протягивает руку и пытается схватить Луну за плечо.
Я решительно поднимаюсь и заслоняю ее от этих негодяев.
– Это незаконно, и она никуда не пойдет!
– Мальчишка, не усложняй себе жизнь! – шипит кривоногий. – Отойди в сторону и не мешай нам делать свое дело. Если ты не в курсе, ее отец – государственный преступник.
– А Луна в чем виновата?
– Да никто ее ни в чем не обвиняет! – топает ногой высокий. – И никаких претензий к ней нет! Отойди в сторону, иначе пожалеешь!
– Невилл, отойди, пожалуйста, – неожиданно раздается за моей спиной спокойный голос Луны.
Я изумленно оборачиваюсь.
– Не волнуйся, я не дам тебя в обиду!
– Ты же слышал, мне никто не желает зла, – мягко говорит она. – Все будет в порядке, не переживай.
Луна протискивается мимо меня и останавливается прямо перед Пожирателями. Они удивленно переглядываются.
– Идемте, мисс Лавгуд, – наконец, говорит высокий, положив руку ей на плечо.
Я не хочу отпускать ее с ними, но понимаю, что эти двое вряд ли здесь одни и, если начнется заварушка, то дело кончится тем, что ее все равно заберут, только компанию ей составим мы с Джинни, а может, еще кто-нибудь из АД. Так подводить ребят и Северуса я просто не имею права. На пороге Луна оборачивается и произносит с улыбкой:
– Со мной все будет хорошо. Еще увидимся, друзья.
Когда они уходят, я бессильно опускаюсь на сиденье и закрываю лицо руками. Муховертку мне в задницу, ну что за дерьмо! Почему это должно было случиться? А ведь следовало ожидать чего-то подобного. Луна – это, пожалуй, единственный способ заткнуть рот Ксено Лавгуду. И ведь даже Северусу ничего в голову не пришло! Или пришло, просто он ничего не сказал? Я же вчера был у него, неужели нельзя было предупредить? Да нет, если бы он знал, то сказал бы. Наверное, ему просто не сообщили. Как же теперь быть?..
Я чувствую неуверенное прикосновение к плечу.
– Невилл…
– Да отстань ты! – я резко сбрасываю руку и тут же прихожу в себя: – Ох, прости, Джинни! Прости, я…
– Ничего, я понимаю, – быстро отвечает она. – Сама себя так чувствую.
Я поднимаю голову. Джинни сидит рядом со мной, обхватив себя руками, и по ее щекам текут слезы. Мне становится стыдно, я обнимаю ее, и она прижимается ко мне, вся дрожа.
– Как ты думаешь, куда ее отправят? – тихо спрашивает она.
– Не знаю, но надеюсь, что не в Азкабан. Луна, конечно, умеет вызывать Патронуса, но дементоров там слишком много.
Нет, не могут ее отправить в Азкабан! Они же сами сказали, что к ней претензий нет, только к отцу. Я невольно усмехаюсь, вспомнив, как уверенно и спокойно Луна себя вела. Подумать только, они даже начали вежливо с ней разговаривать и галантно пропустили вперед, выходя из купе! Ох, надеюсь, ей действительно не причинят вреда. Если с ее головы упадет хоть один волос, я просто не знаю, что сделаю!
Стоп. Северус ведь может выяснить, где она и что с ней! Возможно, ему даже удастся ей как-то помочь или, в крайнем случае, проследить, чтобы никто ее не обидел. Эта мысль помогает мне успокоиться и взять себя в руки. Еще есть шанс, что все будет в порядке. В конце концов, Пожирателям она нужна живой – только так они смогут контролировать ее отца.
Оставшееся время пути я занимаюсь тем, что успокаиваю Джинни и объясняю ей, что такие, как Луна, могут выдержать все, что угодно, и даже этого не заметят. Когда мы подъезжаем к вокзалу Кингс-Кросс, она выглядит уже достаточно спокойной, чтобы за нее можно было не волноваться. Я беру дорожную сумку, в которой лежит пара самых необходимых вещей, подхватываю сумку Джинни, и мы выходим из вагона.
На платформе я сразу замечаю ее родителей. Миссис Уизли с радостным криком бросается к дочери и с такой силой сжимает ее в объятиях, что из бедняги выходит весь воздух.
– А почему тебя никто не встречает, Невилл? – спрашивает мистер Уизли.
– Ни к чему, – я пожимаю плечами. – Аппарировать я умею, поэтому и сам прекрасно доберусь.