«Да, это печально, Равелин», – произносит другой голос – очень знакомый.
– Это же Ли Джордан! – восклицаю я, чуть не свалившись с кресла.
Северус кивает и прижимает палец к губам.
«Равелин, есть ли у тебя новости о пропавших без вести?» – продолжает Ли.
«Где они находятся, точно неизвестно, но это и к лучшему. То, что Дирку Крессвеллу удалось сбежать, могу сказать со всей уверенностью. Долишу за этот побег чуть не свернули шею».
– Северус, кто это? – шепотом спрашиваю я.
– Кингсли Шеклболт.
– Член Ордена?
Он кивает и недовольно морщится. Я прикусываю губу и продолжаю слушать.
«Возможно, следовало это сделать», – хмыкнув, замечает Ли.
«Ничего подобного! – вмешивается еще один голос. – Пусть живет и здравствует и продолжает конвоировать заключенных. Должна же быть от него какая-то польза!»
«Как это верно, Бакур1!» – хохочет Ли.
Я умоляюще смотрю на Северуса, и тот, сжалившись, поясняет, не разжимая губ:
– Чарли Уизли.
Хм… можно было и догадаться по прозвищу. Я с интересом прислушиваюсь – все-таки, в каком-то смысле, свой человек.
«А что думаешь ты, Ромул?» – спрашивает Ли.
«Я думаю, это очень неплохо, что среди наших противников есть человек, который так уязвим к Конфундусу», – отвечает мягкий голос.
На этот раз мне не нужно ничего выяснять – и так понятно, что Люпин. Я кошусь на Северуса, помня о том, что он терпеть его не может, но никакой особенной враждебности его лицо не выражает.
«Отлично сказано! – восклицает Ли. – А теперь, дорогие радиослушатели, наш корреспондент Бакур расскажет нам о новостях Хогвартса».
«Как ты знаешь, Бруно, в Хогвартсе сейчас каникулы, и все разъехались по домам, – говорит Чарли. – Но по дороге из школы Пожиратели смерти захватили в плен Луну Лавгуд, дочь редактора «Придиры», который здорово помогал нам. Из достоверных источников, о которых я не имею права сообщать, известно, что она жива».
Я усмехаюсь и нахожу в кармане «достоверный источник». Значит, Луна написала и Джинни. Впрочем, было бы странно, если бы она этого не сделала.
«Это скверная новость, Бакур, – сокрушенно вздыхает Ли. – Луна – славная девочка, да и от старика Лавгуда после этого едва ли можно ожидать помощи».
«Ну, в этом его сложно винить, – замечает Шеклболт. – Если Пожиратели смерти шантажируют Ксенофилиуса, в чем я не сомневаюсь, у него просто не останется другого выхода. В конце концов, речь идет о его ребенке».
«Будем надеяться, что Луна справится и вскоре окажется на свободе, – резюмирует Ли. – Бакур будет держать нас в курсе событий. Очередной выпуск «Поттеровского дозора» подошел к концу, уважаемые радиослушатели. Дату следующего эфира назвать не берусь, но он обязательно скоро состоится. Новый пароль: «перо феникса». Спасибо, что слушаете нас! И спокойной ночи!»
– Как тебе это нравится? – осведомляется Северус, выключая радио.
– Это потрясающе! – искренне восклицаю я. – Как тебе удается узнавать такие вещи?
Он только загадочно улыбается.
– Уизли в эфире бывает редко, а вот без Шеклболта и Люпина не обходится ни один выпуск.
– Потрясающе! – повторяю я. – И как их до сих пор не засекли?
– Они постоянно перемещаются, в эфир выходят нерегулярно, да еще и эти пароли… – он пожимает плечами и добавляет скептически: – Впрочем, я и сам удивляюсь.
– Значит, после каникул я могу забрать приемник в штаб?
– Нет, не можешь, я сейчас же его выброшу.
– Только как его туда притащить? – рассуждаю я вслух, не заостряя внимания на его сарказме. – Он ведь такой здоровенный…
– А уменьшающие заклинания, волшебники, очевидно, придумали исключительно для красоты, – язвительно произносит Северус. – И зачем вообще что-то куда-то тащить? Коль скоро твоя подружка Выручай-комната доставляет из кухни сливочное пиво, полагаю, она вполне способна сделать то же самое с радиоприемником.
– Просто я никак не могу привыкнуть к ее возможностям, – признаюсь я и задумчиво спрашиваю: – Интересно, а она может так же переместить человека?
Северус смотрит на меня как на слабоумного, и я поспешно заверяю его, что просто пошутил.
– Подобрать пароль не так уж сложно – как правило, он связан с Орденом – но ты все-таки старайся их запоминать, – говорит Северус, откупоривая еще одну бутылку вина.
Я энергично киваю. Запомню, куда денусь. Кажется, я никогда еще не получал на Рождество таких потрясающих подарков. И я еще думал, что это самый скверный праздник в моей жизни! Я ловлю себя на мысли, что блюда на столе, хоть и успели остыть, но выглядят жутко аппетитно, и придвигаю поближе ароматное жаркое. Видимо, сегодня я все-таки поужинаю.