– А почему бы нет? Хогвартс считается самым безопасным местом после «Гринготтса». Хотя я, в свете некоторых событий, никак не могу с этим согласиться.
– Это уж точно. И где именно он ее спрятал?
– А где можно что-то спрятать? – он усмехается. – Еще до первой войны Темный Лорд пытался устроиться на должность преподавателя ЗОТИ, но Дамблдор, естественно, ему отказал. Однако в этот самый день один из домовых эльфов видел, как он выходит из Выручай-комнаты. Об этом мне рассказала Хелли.
– Ничего себе! – возмущенно восклицаю я. – И они еще будут говорить о мотивах, когда… Стоп! – я начинаю понимать, и меня разбирает смех: – Муховертку мне в задницу, вот это номер! Знал бы Слизерин, как он подставил своего потомка этим изобретением со временем! Если бы Темный Лорд спрятал диадему в другом месте, мы могли бы и не узнать, а здесь… Наверняка она специально позволила ее спрятать, чтобы было проще достать!
Я смеюсь и никак не могу успокоиться. Северус снисходительно за мной наблюдает.
– Слушай, мы ведь можем ее найти и уничтожить! – предлагаю я, отсмеявшись. – Наверное, это не так уж сложно.
– Ну, это как сказать. Мы ведь сегодня не просто так гуляли по лесу. Для уничтожения хоркрукса нужен мощный артефакт, – возражает он, наклонив голову. – Кроме того, представь себе, как отреагирует Поттер на отсутствие диадемы. И заодно придумай убедительно объяснение собственной осведомленности.
– Ты прав, – я поднимаю руки, признавая поражение. – К тому же, это как-никак задача Гарри, а я не имею права вмешиваться. Только помогать, чем можно, не более.
– Не прибедняйся.
– Я не прибедняюсь. Но ведь роль у меня действительно именно такая. Об этом даже в книжках пишут, – возражаю я и, перебирая в уме все, что узнал сегодня о хоркруксах, пытаюсь подвести итог: – Итак, кольцо, медальон и дневник – уничтожены, и о них можно больше не говорить. Остаются диадема, чаша, Нагини и сам Темный Лорд. Чаша в «Гринготтсе», значит, Гарри придется туда проникнуть. Допустим, это он сделает. Чтобы уничтожить диадему, он должен будет вернуться в школу. Не думаю, что это может пройти незамеченным, да и после диадемы останется только змея и сам Лорд. Убить змею тайком от него невозможно. Следовательно, после уничтожения диадемы весьма вероятно открытое столкновение. Я правильно рассуждаю?
– Как ни странно, да, – признает Северус. Впрочем, особого удивления на его лице я почему-то не наблюдаю. – Ты ведь связываешься через свои галеоны с внешним миром?
– Естественно, – киваю я.
– В таком случае, если Поттер вдруг появится в Хогвартсе, имеет смысл вызвать сюда Орден Феникса. Я очень рассчитываю, что удастся обойтись без боевых действий на территории школы, однако лучше перестраховаться.
– Да, я сейчас тоже об этом подумал. Тем более ребята просили сообщить, если что-то начнется. Близнецы могут передать Чарли и Ли, они скажут Люпину и всем остальным, – рассуждаю я. – Джинни, правда, говорила, что жена Люпина ждет ребенка, так что он, наверное…
– Примчится как миленький, будь спокоен, – перебивает Северус с сарказмом. – Странно, что он до сих пор от нее не сбежал – наверное, боится, что она свернет ему шею, если догонит.
– Почему ты так говоришь?
– Потому что это правда! – отрезает он.
Не думаю, что это правда. Зачем бы он стал жениться, если бы хотел сбежать?
– Если он все-таки сбежит, – произносит Северус, подумав, – можно считать, что ей крупно повезет.
– Почему ты его так ненавидишь? – не выдержав, спрашиваю я. – Я понимаю, что в школе вы враждовали, но мне сложно поверить, что он мог…
Я осекаюсь. Отлично! Огневиски глушит он, а действует алкоголь почему-то на меня! Северус ставит полупустой стакан на стол, чуть наклоняется и смотрит на меня пристально:
– Что тебе известно? – жестко спрашивает он. – И, главное, от кого?
– Только не спеши проклинать Гарри, – поспешно прошу я. – Просто летом я сдавал экзамен по аппарации человеку, который учился с моими родителями и знает тебя… Его звали Стивен Торн, он погиб во время захвата Министерства.
– Не помню такого, – Северус морщит лоб. – И что же он тебе наплел?
– Да ничего особенного, на самом деле, – заверяю я, ерзая под его взглядом. – Просто сказал, что с вашим курсом была куча проблем – в особенности из-за них четверых, что они постоянно тебя доставали. Может, он бы рассказал еще что-нибудь, но я сам не захотел слушать – неприятно как-то стало, – о матери Гарри я решаю не упоминать, опасаясь, что этого его самолюбие не выдержит.
Северус заметно расслабляется и откидывается на спинку кресла. Судя по этой реакции, дело было хуже, чем я могу себе представить. А может, он просто принимает все слишком близко к сердцу.