– Значит, ты ожидал от Астории чего-то подобного? – спрашиваю я через несколько минут.
– Мисс Гринграсс – одна из моих лучших учениц, – самодовольно заявляет он.
– Вот как?
– Именно. И, между прочим, прекрасно разбирается в зельеварении. Не хватает только опыта, но это дело наживное.
– Ты всех учеников исключительно по знанию зелий оцениваешь? – со смешком интересуюсь я.
– Вовсе нет. За кого ты меня принимаешь? – оскорбленно возражает он. – В Слизерине много перспективных студентов с удовлетворительными знаниями.
– А так, чтобы совсем не разбирались?
– Такого не бывает! – отрезает он.
– Ну, конечно! – фыркаю я. – В Слизерин попадают лучшие из лучших: гениальные зельевары, аристократичные хорьки, потомки троллей, темные лорды…
– Не язви! Ты не понял. Я имею в виду, что каждый студент в этой школе вполне способен получить за СОВ по зельеварению хотя бы «удовлетворительно». И получали – во всяком случае, до тех пор, пока этот предмет преподавал я.
– Что ты хочешь этим сказать?
– С тех пор, как Слагхорн уволился, и я взял на себя все семь курсов, зельеварение не провалил ни один студент, – поясняет Северус таким тоном, словно это нечто само собой разумеющееся.
– Не может быть! – изумленно восклицаю я.
– Тем не менее, так и есть. Твоего декана, кстати говоря, это здорово нервирует – трансфигурацию каждый год кто-то проваливает, – с довольным видом сообщает он. – Она была уверена, что у меня ничего не выйдет.
– Если ты скажешь, что вы с ней поспорили…
– Не совсем, – смеется он. – Видишь ли, после ухода Слагхорна моя манера преподавания показалась избалованным старшекурсникам чрезмерно суровой. Они не придумали ничего умнее, чем сесть на уши своему декану, а она, в свою очередь, провернула тот же номер с ушами директора. Он добродушно сообщил, что я имею полное право проводить занятия так, как считаю нужным.
– А МакГонагалл? – заинтересованно спрашиваю я.
– О, она зашипела, распушила хвост и заявила, что с таким отношением ни один студент нормально не сдаст СОВ, а те, кому это удастся, раньше повесятся на собственных галстуках, чем возьмут зельеварение на ТРИТОН, – рассказывает он, ухмыляясь.
– По-моему, на уроках она немногим мягче тебя, – замечаю я.
– Ну, это как посмотреть. Полагаю, ее раздражал тот факт, что вчерашний студент внезапно стал не только ее коллегой, но и конкурентом. В общем, я сказал ей, что, пока буду преподавать в этой школе, СОВ по зельеварению не провалит ни один студент. Даже гриффиндорец. А за ТРИТОНы все будут получать только заслуженные «превосходно». Так оно с тех пор и происходит. Как видишь, моя манера преподавания приносит плоды.
– Здорово! – восхищенно говорю я и недоверчиво спрашиваю: – Так ты специально это делаешь? Мне казалось, тебе просто нравится над нами издеваться.
– Мне действительно это нравится, – подтверждает Северус. – Так что можешь считать, что я совмещаю приятное с полезным.
– Между прочим, шутка над Гермионой и ее зубами была очень жестокой, – внезапно вспоминаю я.
– Зато она наконец-то привела их в порядок, – парирует он. – А то смотреть было тошно – волшебница, называется. Я все ждал, когда она скобы нацепит.
Я захлопываю рот. Вот всегда он найдет, что ответить! И главное, придраться не к чему, хоть я и понимаю прекрасно, что вовсе он об этом не думал тогда! Хотя Мерлин его знает, о чем он думал…
Северус с ухмылкой смотрит на меня и неожиданно серьезнеет – брови сходятся на переносице, а возле губ появляется жесткая складка. Я сразу же напрягаюсь.
– На самом деле, у меня плохие новости, – наконец, произносит он. – Не хотел тебе сразу говорить.
– Что-нибудь с Гарри? – испуганно спрашиваю я.
– Ну, об этом ты, полагаю, узнал бы раньше меня, – резонно замечает он. – Нет, дело не в нем. Я ведь рассказывал, что кое на кого мне удалось наложить следящие заклинания? – дождавшись кивка, он продолжает: – Сейчас в лесах повсюду шныряют егеря. Некоторые из них работают на меня, хоть и не знают об этом. Их поисками я руковожу, поэтому они никогда никого не ловят. Но есть и те, кто действует по собственной инициативе. Контролировать их всех я не могу, – он раздраженно морщится.
– Кто-то попался?
– Можно сказать и так, – он коротко кивает. – Дирк Крессвелл, Тед Тонкс и гоблин Горнук убиты. Оказались между двумя группами егерей и не успели вовремя аппарировать.
– Жаль… Но ты ведь не виноват!
– Да я себя и не виню, – тяжело вздыхает Северус. – Но ты еще не все знаешь. С ними были Дин Томас и твой приятель Грипхук.
– Они… – я нервно сглатываю, не решаясь задать вопрос.