– Гарри, успокойся! – испуганно шепчут Гермиона и Джинни, пытаясь усадить его на скамью. – Не связывайся, пожалуйста!
– Не смейте обвинять нас, мистер Поттер! Мы не имеем отношения к вашей войне, хотя и вполне удовлетворены ее исходом. Но скажите на милость, каким-таким образом мы могли бы присоединиться к вашей битве, возникни у нас вдруг такое желание, если никто не удосужился нам о ней сообщить? – зло цедит Грипхук, явно теряя терпение. – И я по-прежнему требую вернуть похищенный вами меч.
– Ой, только не говорите, что вы ничего не знали! – Гарри нервно усмехается. – Вам же всегда больше всех надо! Просто вы думаете только о собственной шкуре, вот в чем все дело!
Лицо Грипхука еще больше искажается от ярости. Гарри выглядит немногим лучше. Вмешиваться в этот спор никто не решается, поскольку никто не может толком понять, в чем он заключается.
Я тоже не знаю, что у них там произошло, но понимаю одно: скандала допускать нельзя. Гарри в магическом мире – первое лицо. После победы над Волдемортом простые волшебники будут ловить каждое его слово. Грипхук и раньше, насколько я знаю, был не самым последним гоблином в сообществе. Кроме того, он – единственный из всех, кто принял непосредственное участие в войне, внес свой вклад в победу, да еще и добыл меч Гриффиндора.
Конфликт между ними – это не просто перепалка, он вполне может привести к серьезному конфликту между гоблинами и волшебниками в целом! И что тогда? «Гринготтс» закроется. Гоблины перестанут производить вещи и деньги. Волшебники начнут предъявлять претензии. Снова начнется война? Снова будет проливаться кровь? И из-за чего? Нет, меч Гриффиндора, при всей его ценности, этого не стóит.
Я окидываю взглядом присутствующих. Судя по встревоженным лицам преподавателей, а также Джинни и Гермионы, понимаю это не я один. Пока не поздно, нужно вмешаться. Тем более я имею на это полное право. Отдавать ему меч у меня нет ни малейшего желания, но и другого выхода, похоже, нет.
– Позвольте мне вставить слово, Грипхук, – произношу я и поднимаюсь со скамьи, незаметно придерживая рукой папку.
– Мистер Лонгботтом? – он смотрит на меня так, словно только что заметил. – Не думаю, что вы сможете разрешить наш спор.
– Думаю, что как раз смогу, – не соглашаюсь я. – Дело в том, что Гарри не крал у вас меч Гриффиндора. Это сделал я.
– Что вы такое говорите, мистер Лонгботтом? – Грипхук недовольно хмурится. – Если вы пытаетесь прикрыть…
– Нет-нет, уверяю, это действительно был я! И вы легко поймете это, едва взяв его в руки. Я не знал, что он у вас, хотя это, конечно, не оправдание. Меч был мне по-настоящему нужен, и я сумел его получить. С его помощью я убил змею Волдеморта… И я хочу поблагодарить вас за это, Грипхук, – добавляю я с почтительным поклоном, – точнее, все сообщество гоблинов, и в первую очередь Рагнука, покойного Мастера. Ни одно оружие, сделанное волшебником, не сравняется по своим качествам с оружием гоблинского производства. Сражаться вашим мечом – большая честь для меня.
– Хм… если это действительно так… – Грипхук неуверенно потирает подбородок.
– Боюсь, вы с Гарри просто не поняли друг друга, – вдохновенно продолжаю я, мимоходом подумав, что врать у меня получается лучше, чем у Гарри. – Он, конечно, не собирался красть у вас меч и, безусловно, планировал вернуть вам его. Но как мудрый гоблин вы наверняка понимаете, в каком мы все сейчас состоянии. Война только что закончилась, мы даже еще не успели похоронить погибших. Гарри взвинчен и не вполне соображает, что говорит…
– Вовсе я не!.. – возмущается Гарри, но Джинни с силой наступает ему на ногу, вынуждая молчать.
– У меня складывается такое впечатление, мистер Лонгботтом, – медленно произносит Грипхук, сверля меня глазами, – что вы просто пытаетесь задурить мне голову.
– Уверяю вас, вы заблуждаетесь! Я пытаюсь извиниться и поблагодарить вас, не более. А еще я собираюсь вернуть вам меч. Коль скоро это именно я его украл, а не Гарри, который даже не держал его в руках в последнее время, думаю, что это мое право.
Не успеваю я позвать Лауди, как он появляется сам и с почтительным поклоном вручает мне меч Гриффиндора. Как же не хочется отдавать его! Но если все пойдет по плану, то и не придется. Забрав сейчас меч, Грипхук покроет позором все сообщество. Такие оскорбления, как то, что он невольно нанес Гарри, во времена Основателей можно было смыть только кровью. А сейчас от них можно откупиться щедрым даром.
Я сгибаюсь в поклоне чуть ли не пополам, чтобы ни в коем случае не возвышаться над гоблином, и протягиваю ему меч. Если эта проклятая папка сейчас выпадет, я просто не знаю, что буду делать.