– Я хотел у тебя то же самое спросить. Нам дали упаковку с десятью пакетиками. Лиминиал.
– Лиминион, – задумчиво кивнул Игнатьич. – Нам дали не пачку. Только Боряну три-четыре пакетика. Здоровым не дали, теперь даже воды не хватает, но лекарство должно помочь. Ещё бензинчику бы... я думаю, если завтра воды не будет, придётся плыть.
– Куда? – изумился Василий и так резко вскинул голову, что кепка скатилась с затылка и упала за спину.
– До городов южнее нас, к Большой земле. Оттуда же нам всё пришло.
– Так-так... но на это нужны строгие расчёты. Ты уверен, что мы не встанем посреди реки? Может, наведаемся к спасателям?
– Завтра прямо с утра нужно подсчитать, сколько у нас топлива.
– Желательно бы всех ещё собрать, но все блюют.
– И нечего их тревожить. Сами. Надеемся на лекарство. Утро вечера мудренее. Я ещё думаю всем дать развод марганцовки.
– Это тема! – щелкнул пальцами Василий.
Вдруг позади, со стороны дальней пятиэтажки, раздался непонятный звук, словно кто-то сильно чихнул. Василий уставился на тёмные окна, а Юрий, не отрывая от них взгляд, потянулся за ТОЗ-ом.
– Дим, ты? – громко спросил Василий и вскинул фонарь.
Они услышали шёпот, который был уже отчётливый. В следующий миг всколыхнулись дальние понтоны – кто-то наступил на середину и не откликнулся.
Юрий с надеждой оглянулся на Василия, который пытался включить фонарь. Тем временем незнакомец глухо затопал и пошёл в другую сторону от дежурных.
– Стоять! Кто идёт? – рявкнул Игнатьич, и в этот же момент луч фонаря прорезал мрак.
Осветились две фигуры – женская и мужская. Женщина, как поводырь, вела мужчину за руку к выходу со двора. Им оставалось только добежать до набросанных бесхозных машин, но фонарь заставил их остановиться. На Валеру с Аней не похожи. Женщина была блондинкой с каре. Остановились – выходит, знают, что дежурные могут быть вооружены. Прихватить они ничего не успели – руки были пустые. Женщина стояла, не шелохнувшись, лишь слегка голову опустила, а мужчина почти сразу развернулся и приподнял руки.
– Стойте! Спокойно! Мы не враги! – пытался незнакомец усмирить быстро приближающихся дежурных.
Спереди шёл Василий, а за ним Игнатьич с ружьём на плече – его он придерживал за спиной, чтобы не накалять обстановку.
Женщина оказалась их соседкой – живёт одна, на собраниях обычно ничего не предлагает, но всегда делится продуктами. Она стояла, светя голыми ногами, в одной футболке.
– Эля, это кто? Вы чего тут ночью шастаете?
Женщина стояла, опустив взгляд, и ничего не отвечала. Смутившись, она отвернулась от света.
– Да это моя знакомая. Просто проведать пришёл.
– На ночь глядя?
– Человеку домой надо. Что вы ему допрос устроили? – возмутилась Эля.
Незнакомец быстро и деловито взобрался на машины и исчез. Дежурные так и простояли всё это время у подъезда в молчании. Затем женщина оглядела обоих и пошла в подъезд. Она злобно ворчала, ни разу не оглянувшись:
– Хватит так смотреть на меня. Уставились. Мне тоже жить как-то надо без работы. Поделюсь я с вами водой... полиция нравов!
Глава 4. Смерть на шаг ближе
Ночью в рядах МЧС прошла череда отравлений, в том числе и в экипаже Карельского. Александра ещё перед сном мучила резь в животе, но он полагал, что попал под истерию, которая донимает здоровых людей среди заболевших. С утра его перевели в специальный блок для сотрудников.
Он чувствовал себя проигравшим, заболевшим совсем не вовремя. Ещё в череду недавних пожаров он ежедневно задавал себе вопрос, готов ли он к самоубийству. Его удерживала работа, ощущение того, что он полезен. И только на больничной койке он осознал, что совсем не готов к смерти. Он должен умереть сам, зачем ему помощники? Но инфекция не слышит его мольбы, и действует хладнокровно, как захочется ей.
Александр быстро терял самообладание. Ему становится всё хуже и хуже, а Пандора овладевает его телом. Он потел, корчился от болей в животе и постоянно шевелил пальцами на ногах – он всегда так делал, когда переживал. Свернулся калачиком и зажмурился. Ему казалось, что так симптомы ослабевают. Может легче отлежаться, пока со всем этим не разберутся? Может, к ноябрю наладится климат... Или же быстрее выздоравливать, не падать духом? Александр хотел как можно скорее покинуть палату, но не с накрытой головой.