Юрия обдало жаром. Как он не додумался вытащить пули?
В кобуре плотно лежит пистолет Макарова. Может, просунуть ногу за коленную чашечку, сбить его с ног, выхватить ПМ, несколько раз нажать на спусковой крючок и уехать? Всё равно отпечатков пальцев ещё нигде не оставил...
– У Красноборска нарвался на каких-то идиотов. Полиция об этом уже знает, это беглые ваши, значит... на катере. Думал, хотя б лобовуху привести в порядок удастся, а пришлось плёнкой обмотать. Всё равно, что тут плыть-то осталось...
– Почему же они вас в живых оставили? Где это было? – с напором спросил старшина, скрестив руки на груди.
Полицейский достал из расстегнутого чехла ружьё и понюхал дула.
– Недавно стреляли. Порохом пахнет.
– А чем должно пахнуть от охотника и его вещей? Духами или розами? Водкой? – возмутился Унгур.
– Ну да, вы всегда на ваших сходках бухаете, – смело заявил старшина. – А, может, это вы кого-нибудь... без лобовухи оставили?
Полицейский почувствовал, что за что-то зацепился.
– Вы меня обвиняете? – закатил глаза Юрий и посмотрел в самоуверенные глаза молодого офицера.
– Вас никто ни в чём не обвиняет. Можете их описать?
– Их было четверо. Я даже сначала ничего не понял, полицейский катер же. Просто шквал начался. Они прокричали, что у них патронов мало...
– Почему они вас отпустили?
Юрий не обернулся и продолжил:
– Один – лысый, с бородой. Другой – с волосами, но такой же комплекции, чернявый.
Волков почесал подбородок, подошёл к столу и поднёс розыскной лист с портретом.
– Похож?
– Точно, он.
– Красноборск, говорите... а где? Когда это было?
– Меня останавливали ваши коллеги, они уже это отметили.
– И всё же?
– Я не знаю, не местный. Затопленное село какое-то, километров пять до Красноборска. Но мне кажется, они уже бросили катер и ушли в леса. Это было где-то три дня назад...
– Разберёмся. Техника просто ни к чёрту, тоже нас поймите. У нас тут связи нет с отделом, и по Красноборску с Сыктывкаром глухо. Ждём спеца...
Он сверял, пересматривал. Перелистал документы на оружие, лодку, и, казалось, прожёг взглядом дыру в паспорте.
– А куда едете?
– К сослуживцу своему. В Котлас. Говорил же.
– Скажите адрес.
Игнатьич встал, накинул кепку и задумался. Он сделал несколько странных жестов шеей, чем очень насторожил полицейских.
– Да я только как идти туда – помню...
– А вы постарайтесь вспомнить, – любезным тоном попросил Волков, встав напротив него и держа на виду все документы так, мол: ответишь правильно – отдам.
– Я правда не помню. Но рядом с инфекционкой.
– Там много домов, – дополнил старшина, загородив собой выход.
– Ладно, езжайте, – скривился Волков и протянул документы.
Двина пустовала. Казалось, лес ещё больше заволокло дымом. Чувствуя взгляд в спину, Игнатьич забрался в лодку, с укором посмотрел на пищащего зверька и завёл мотор. Ему хотелось скорее отдалиться. Только когда лодка поблекла и скрылась из виду, к Волкову подошёл старшина и неуверенно ссутулился:
– Товарищ сержант, может, не стоило отпускать?
– Что ты за цирк устроил?
– Извините пожалуйста, просто он... подозрительный. И с оружием. Мало ли...
Сержант сложил руки за спиной и продолжал смотреть вдаль.
– Приказа «изымать оружие» у нас не имеется. Мы его пометили, он есть в базе. Убьёт кого – это уже к нам. Ты хочешь себе проблем? Лучше сверх приказа никогда не замахиваться. Это как с лужей: выше ногу задерёшь – больше запачкаешься. Гляди в оба: беглые могут пройти в этом направлении. Остановишь кого – информируй. Ну и вонища тут, охренеешь!
Волков сморщился, развернулся и, что-то бормоча про погоду, скрылся в рубке.
«А ещё за их поимку обещали премию», – пощипывая кожу на подбородке, думал старшина, размышляя, на что потратит деньги.
***