проливного дождя.
- Я куплю тебе еще одну, - говорит он, как будто цена в пять тысяч долларов ничто для него.
- На сколько ты примерно богат?
Он расстегивает замок спереди моей куртки. – Не такой богатый, как Никколо, и это проблема.
- Потому что деньги – это власть, - шепчу я, дрожа, и на этот раз не от холода.
Он бросает на меня пытливый взгляд. – Звучит так, будто ты по опыту знаешь.
Картинка вспыхивает в моей голове. Белый особняк. Огромная кровать из красного дерева.
Руки мужчины. – Наверное. Возможно.
- Как бы то ни было…, - говорит он, приподнимаясь и убирая волосы с моих губ. Его пальцы
задерживаются там на миг. – Ты права. Деньги – власть, и это у Никколо безгранично.
- Откуда ты его знаешь, Кейден?
- Откуда – это не то, что важно, - говорит он, его тон заостряется, и я почти могу ощутить стену, ставшая между нами. – Просто будь рада, что я достаточно знаю, как спрятать нас от его радара. – Он
тянется к моей куртке. – Нам надо снять ее с тебя и начать двигаться.
Я хватаю его руку. – Ты правда не знаешь, как получать отказ, да?
- Ты же сказала, что ничего не знаешь обо мне.
- Слишком мало.
- Ты знаешь, - говорит он, накрывая мою руку, где я держу его, притягивая меня к себе, и у меня
такое чувство сдвига над контролем, от моего к его. – Я могу сказать то же и о тебе.
- Но я единственная в невыгодном положении, - напоминаю я ему.
- Ты опять?
- Как ты можешь это спрашивать? Конечно, да.
- Мы останемся каждый при своем мнении.
Я сжимаю свои губы, но не отталкиваю его, садясь прямо, чтобы выбраться со своей куртки, пока Кейден нагибается и вытягивает тяжесть с моей спины. – Ты был прав, - выражаю я, расслабляясь
на сиденье, когда он бросает мою куртку к своей на заднее сиденье. – Мне гораздо лучше без нее.
Я только сказала слова, как Кейден наклоняется ко мне, его руки напрягаются напротив моей
груди, его пряный, почти сладкий, запах дразнит мои ноздри. – Тебе не следовала так уходить, -
говорит он, его низкий, злой тон приводит в оборонительное состояние.
- Потому что ты мой герой и мне следует просто слепо тебе верить?
- Я дал тебе пистолет, чтобы заработать твое доверие, потому что я знаю, он тебе не
понадобиться для использования на мне.
- Да. Отдал. Но это было после того, как я увидела Адриэля и подумала, что он был одним из
напавших на меня.
- Ты имеешь в виду, что подумала, что я был одним из напавших на тебя.
- Нет. Я не знаю, Кейден. Тебе следовала рассказать мне о нем.
- Тебе следовала бы спросить прежде, чем убегать.
- И рискнула бы пропустить шанс убежать? Если бы ты был мной, сделал бы ты такое решение?
Он стискивает зубы, его выражение ожесточается. – У тебя сейчас есть пистолет. Это я доверяю
тебе, независимо, что ты выберешь, довериться мне или нет. Не оплачивай мне, ведя нас к смерти. –
Он хватает ремень безопасности и протягивает его через меня, пристегивая и затем садясь на свое
место.
Я сижу, потрясенная, и бурная ночь не единственное, что создало темную стену между нами.
Это злость. Много злости с обеих наших сторон, когда он добавляет: - И чтобы все разъяснить. Я не
твой герой. Я просто человек, пытающийся спасти наши долбанные жизни.
Моя злость тотчас испаряется, и я говорю: - Но ты не монстр.
Его голова резко поворачивается в мою сторону, вынуждая посмотреть на него, и когда я
смотрю, он задает вопрос: - И откуда ты это знаешь?
- Потому что монстры всегда считают себя героями.
Я ожидаю, что он спросит, откуда именно я это знаю, и у меня нет ответа. Это просто, что я
чувствую глубоко внутри своей души, чувство доверия к не тому человеку, которым я отказываюсь
верить был Никколо. Я бы не доверилась гангстеру. Но Кейден не спрашивает меня. Он ничего не
говорит. Несколько секунд он просто сидит, его тело неподвижное, его челюсть крепко сжата. И когда
он делает движение, он поворачивает лицо вперед и приводит машину в движение. Я сразу не
отворачиваюсь, изучая его профиль, не уверенная является ли его отсутствие ответа согласием или
несогласием на мое утверждение, только знаю, что до того, как это закончится, я выясню это.