Мы заходим в главный дом, мне удается только взглянуть на гигантскую современную
гостиную со светлыми деревянными полами и перилами из нержавеющей стали до того, как подходим
к другой лестнице, еще одно чувство головокружения, хаотичный кошмар для моей головы и живота.
В конце концов, наверху находится дверь. Через несколько больших шагов Кейден проносит меня
через порог, мой взгляд делает быстр осмотр просторной спальни с такими же светлыми полами из
твердой древесины, как и на нижнем этаже, несколько угловых колон поднимаются от пола к потолку, кирпичные стены, и огромная кровать с высоким серым подголовником. Эта кровать – порыв
реальности, который я не хочу, но нуждаюсь, и размер того, что происходит бьет меня с силой в десять
раз больше, чем шторм, через который я бежала, чтобы избежать его. Я в спальне, одна с Кейденом
без медицинского персонала, или Галло, чтобы вмешаться, после яркого воспоминания о прошлом, как была привязана к кровати, после чего один из них поцеловал меня.
- Ты меня подвел, - я предъявляю. – Ты меня подвел, Кейден! Ты меня….
Он сажает меня на край кровати, располагая свои круги по обе стороны моих бедер. – В какой
твоей части сотрясение, что ты не понимаешь?
- Я знаю, что у меня сотрясение. Поверь мне, знаю. Оно так просто не уйдет. – Волна
головокружения накрывает меня. – О, вау. – Я давлю своей ладонью себе на лоб. – Я не очень хорошо
себя чувствую. – Я падаю на матрас. – Что происходит? – Я пытаюсь поднять руку со своего лица и не
могу. – Я не могу двигать своей рукой. Кейден, я не могу двигать своей рукой!
- Ты в порядке, - обещает Кейден, ложась рядом со мной.
- Я не могу…
- Я понял, - говорит он, передвигая мою руку и держа ее между нами. – Натан дал тебе кое-
какое сильнодействующее лекарство, чтобы убедиться, что ты отдохнешь. Ты просто реагируешь на
него. Как твоя боль?
- Нет боли. Я просто странно себя чувствую. Правда странно. – Мои ресницы опускаются, и
незвано, я тотчас переношусь в другую спальню. В ту ночь. К его кровати. Провал в памяти, я
проживаю его, чувствую его.
Голая. Холодно. Я продолжаю смотреть на часы, желая, чтобы он вернулся. Прошло два часа, и мужчина, который я думала был защитником, сейчас ощущается, как мой тюремщик. Он – мой
тюремщик. Двери, которые он закрыл, открываются, и он стоит там, до сих пор полностью одетый, медленно прохаживая ко мне. Я пытаюсь увидеть его лицо. Почему я не могу видеть его лицо? Он
останавливается в конце кровати, и я злюсь на него. Мне больно. Он не раздевается, и, если я бы
обычно смотрела на него, наслаждаясь каждым восхитительным дюймом его тела, я отворачиваю
свою голову, каждая проходящая секунда сильнее наказания. И когда его руки опускаются на мои
лодыжки, и он приказывает: - Посмотри на меня, - я не смотрю. Не буду.
Мои глаза распахиваются, и Кейден до сих пор лежит рядом со мной, и когда я смотрю на него, я вижу защитника. Я вижу страсть. Но я уверена, он смотрел на меня просто, как Кейден смотрит
сейчас. До той ночи. – Пожалуйста, не будь им, - шепчу я, и наступает темнота.
Глава Семь
Я открываю свои глаза и сразу же понимаю, что лежу в свернувшемся положении, уютно
устроившаяся под теплым одеялом, дождь брызгает в прямоугольный ряд окон передо мной, тусклый
свет врывается через шторы. Воспоминания накрывают меня, и я начинаю соединять в одно целое все
события, которые привели меня сюда. Больница. Лестничный проем и Галло, показавшийся наверху.
Адриэль. Мучительный холодный бег под дождем через парковку церкви. Обжигающий страстный
поцелуй с Кейденом у той самой церкви. Затем был доктор-друг Кейдена, который дал мне таблетки, следовавший за Кейденом, несущим меня в спальню дома его друга. В конце концов, был он, укладывающий меня на кровать, на эту кровать, я предполагаю, где я не трачу даром времени и падаю
в обморок. Потому что, почему я бы не захотела потерять сознание, пока нахожусь в кровати с
мужчиной с самым жарким качеством из списка, особенно после разделенного обжигающего
страстного поцелуя? Любопытствуя о том, где он, я пытаюсь перевернуться только, чтобы понять, что
на моей талии лежит что-то тяжелое.