- Галло рассказал мне. Поэтому Кейден пошел за ним.
- Это не удивляет меня. Но и Кейден не собирался попасть под арест Галло, чтобы быть там, когда тот будет проверять твои отпечатки.
Он предлагает мне таблетку, которую беру с его руки, и я смотрю на него с любопытством. –
Ты достаточно много знаешь для того, кто не находится в Подземелье.
- Я стал доктором в Подземелье, и другом Кейдена. Я был с ним, когда он обнаружил Элизабет
и Кевина. – Его выражение ужесточается. – Я не смог им помочь. Они были уже мертвы.
Меня начинает подташнивать от уверенности, что, хотя он с Кейденом возможно едва знали
друг друга до той ночи, эта совершенно несхожая парочка была глубоко связана с этого момента.
- Вот возьми, - говорит Джада, предлагая мне бутылку воды.
- Спасибо, - бормочу я, открывая ее и запиваю свою таблетку половиной воды. После этого
Натан проверяет все мои жизненные показатели, пока Джада топчется на месте. – Как продвигаются
дела с твоей памятью? – спрашивает он.
- Лучше, но она возвращается кусочками, сбивающие с толку.
- Предположу, что так будет продолжаться до тех пор, пока спусковой крючок все не вернет.
Спусковой крючок. Как я для Кейдена. Как он боялся быть им для меня. Не уверена, хорошо
это или плохо для нас.
Когда он переупаковывает свою сумку, Натан встает. – Тебе надо отдохнуть: это ключ всему.
Позвони мне, если что-нибудь понадобится. Кейден и Адриэль должны будут вернуться до времени
ложиться спать.
Я иду с ним к двери, и он по-братски треплет мой подбородок. – Все будет в порядке.
Я закрываю дверь и запираю ее, затем Джада начинает бить тревогу. – Это будут долгие часы
ожидания их возвращения, и я правда не хочу, чтобы Марабелла наблюдала за мной, как за ребенком, как сегодня ночью, - говорит она. – Могу я побыть с тобой в твоей башне?
- Да. Конечно. – Мы выходим из заднего входа, и когда мы находимся в главном фойе и мне
надо набрать код, меня накрывает странное чувство беспокойства. Я действительно понимаю, что
закрываю ей вид, когда набираю цифры, чтобы она не смогла рассмотреть их.
Мы входим в фойе башни, и она удивляет меня, говоря: - Я никогда не была в этой башне, -
когда мы шли к лестнице. Кейден не хочет, чтобы она была здесь? – Кейден – немного отшельник, -
добавляет она.
- Интересно. Я не думала о нем так.
Мы доходим до основного этажа, и когда это странное чувство беспокойства увеличивается в
моей груди, я понимаю, что не поведу ее в свою комнату. Я провожу ее в гостиную. – Кухня там. Мы
можем поесть. Я бы сказала, что мы могли бы посмотреть телевизор, но я не хочу разбираться в нем.
Она фыркает. – Ты смеешься надо мной? У Кейдена есть место, оборудованное Нетфликс.
Мы заходим на кухню, и я хватаю пару бутербродов с холодильника. – Я не знала, что вы могли
получить Нетфликс в Италии.
- Это Кейден, о котором мы говорим, - напоминает она мне. – Он добьется всего.
Перевод: у Маттео есть волшебный Нетфликс в его пальцах. Джада берет для нас бутылки воды, и мы садимся за стол поесть, планируя вместе поход за покупками. Позже мы перемещаемся в
гостиную, где она включает телевизор.
- Я сейчас помешана на Во все тяжкие. Тебе нравится он? – спрашивает она.
- Я не знаю его. О чем он?
- Хороший парень, у которого образовался рак, начал распространять наркотики, чтобы
заботиться о своей семье.
Слово рак, наряду с предупреждениями Галло о том, что Кейден является «вором в законе»
предрешает мой выбор. – Не мое. Есть шанс, что у них есть повторы Друзья?
- О, я люблю Друзья! И у них однозначно есть они.
Она поворачивается к шоу, и мы поочередно разговариваем, смотрим телевизор и играем в
крестики-нолики часами, а от Кейдена и Адриэля до сих пор ни слова. К десяти часам, Джада уснула
на диване, а я на кресле рядом с ней рисую бабочек в своем дневнике, когда мой телефон наконец
зазвонил. Джада вскакивает в сидячее положение, когда я смотрю, кто звонит.
- Привет, Адриэль, - говорю я, разочаровываясь, что это не Кейден.
- Подойди к входной двери.
- Зачем? Что такое?
- Все в порядке. Просто спускайся вниз. И возьми с собой пальто.