Теперь пришла очередь порозовевшего от смущения Саши подбрасывать носком валявшуюся на полу ленточку.
— Он тебя глубоко уважает, — совершенно уже запутавшись и густо краснея, сказал он, — и вот поскольку так получилось, что он заболел… Он, я знаю, глубоко ценит тебя. Ты нас так выручила при сборе металла. У нас было такое затруднительное положение…
— Хорошо, — ответила Лида шопотом, — я скажу нашим девочкам, чтобы они собирали цветной металл. Вы сможете зайти?
— Нет-нет! — ответил испуганно Саша. — Сейчас не о металле. Главное — поддержать морально. Очень было бы, знаешь, хорошо навестить, поскольку сейчас как раз каникулы… И это не заразительно. Я думаю, не заразительно. Я сын врача… Если б было заразительно, я бы предупредил. Так вот, если ты согласна, я как-нибудь зайду за тобой, и мы навестим… Понимаешь, он совершенно исключительный парень. Он очень стойко переносит, но все ж таки каникулы… И он тебя уважает, поскольку ты помогла… Это такой… такой парень, если узнать его как следует…
— Ладно! — с глубокой серьезностью и тоже шопотом ответила Лида. — Я обязательно морально поддержу. — Она на секунду задумалась. — Мы можем далее выделить несколько девочек, чтобы навещали все по очереди. Не беспокойся, мы поддержим морально.
— Спасибо! — с облегчением сказал Саша. — Я в тебе не сомневался.
— Да-да! — ответила она. — Настоящего человека не жалко поддержать, поскольку сейчас каникулы и мы товарищи. Настоящего человека не жалко и даже нужно поддержать. Спасибо тебе за доверие! Это не то что некоторые, — она повысила голос и повела плечом в сторону кладовки, — у некоторых нет сознания, нет пионерской чести и… и товарищества. Они подслушивают, подглядывают, они читают чужие дневники… Им ставят на вид, а они все-таки подслушивают и подсматривают…
— Да, исключительно неприятно и даже подло! — сказал Саша. — Так можно мне за тобой как-нибудь зайти?
— Конечно, — ответила она. — Ты зайдешь, и мы навестим. Мы поддержим, раз он такой стоящий человек.
Сказавши это, она мужественно и с достоинством повела Сашу по коридору к парадной двери под взглядом матери, бабушки и полковника Чаго.
— Эй, малец! — выйдя на лестницу, сказал раскатистым басом полковник. — Ты же забыл на кухне самовар.
— Благодарю! — ответил Саша. — Но мы, если позволите, завернем в другой раз.
— А в другой раз еще чего-нибудь дадим, — ответил полковник добродушно. — Ты не стесняйся, чего ж тут стесняться… Самовар ненужный, а вам понадобится. Дело хорошее. Погоди-ка, паренек.
И, самолично принеся из кухни самовар, ступку и сковородку, полковник передал их Саше.
— Спасибо от имени нашего звена, — серьезно сказал Саша и быстро спустился с лестницы, обнимая самовар.
— Ну что? — сказал дочери возвратившийся в кухню полковник. — Приходит товарищ по организации, а она лупцует младшего брата, все когти выпустила, как дикая кошка. Красиво, хорошо? Позоришь меня на весь район… Ведь это школа девятьсот одиннадцатая! Это они обращались ко мне тогда как к депутату!
Глава V
В ночной тишине, в тот поздний час, когда новый год уже наступил — наступил будничный, не встреченный и не отмеченный, — Даня Яковлев без сна лежал на своей оттоманке, раскинувшись на горячих, помятых простынях, усталый от жара и огорчений.
Наверху, над самой головой Дани, кто-то тренькал на гитаре — встречали Новый год.
И в их квартире — и в соседних комнатах и в коридоре было тихо: все разошлись кто куда и тоже встречали, конечно. Новый год.
Мать и отец собирались идти сегодня на заводской вечер, но мать не решилась оставить сына одного, а отец не хотел идти без матери.
Эх, если бы хоть не выключили в комнате радио! Но радио было выключено, потому что больной обязан спать.
До одиннадцати часов Даня прислушивался к шагам на парадной лестнице. Ему все казалось, что Саша хоть на минутку забежит навестить его под Новый год.
Но никто не приходил.
Дане было томительно, как всегда, когда до нас долетает пусть даже самая веселии, но отдаленная музыка: звуки наверху говорили, что все вокруг живет и радуется, а он один и никому до него нет дела.
Мать и отец сонно дышали в темноте. Ради него они сегодня остались дома.
А вот Сашка не пришел… Ну конечно, веселится где-нибудь в гостях! Небось интересней, чем сидеть с больным товарищем.
Нет, он, Даня, не мог бы так. Уж он-то был бы сейчас у кровати друга, а не за новогодним столом…