На утро Шакал всё так же заботливо разбудил комиссию, дал людям позавтракать, опохмелиться (некоторые галлюциногены оказывали сильный опьяняющий эффект), раздал всем гостям на память кристаллы с одними очень интересными кадрами и даже отдельный кристалл со звуком. И попросил не беспокоиться за драгоценные кристаллы Януса: если что, он себе это кино ещё напечатает на множество других кристаллов. Раскрывать дополнительные козыри не понадобилось. Комиссия уходила подавленной и озадаченной. Под мягкой силой Шакала, раздающего взятки и подарки, таился питон, который нежно и аккуратно обвивался вокруг ревизионной комиссии для того, чтобы в последний момент раздавить и проглотить. То, что произошло в «АлхимикФАРМе», чиновники собирались унести собой в могилу, а начальству сообщили, что у них просто не получилось, что к нему просто не подкопаться. На вопрос, как такое возможно, они пожимали плечами и предлагали послать кого-нибудь ещё, ну и предлагали, естественно, своих недругов.
Глава 100 ок
— Проклятье, — Шакал уже не первый час пытался оттереть кожаные диваны.
Химия, смешавшаяся с телесными выделениями ревизионной комиссии, сделала телесные жидкости настолько въедливыми, что оттереть их не получалось. У Шакала вообще была мысль собрать всё по баночкам и использовать как новый химический ингредиент. Алхимия — вещь такая, ничто в мусор не уходит. Но диваны, похоже, придётся покупать новые, а пока накроем их покрывалами.
«Шакал, тут какое-то новое мурло из ревизионного департамента тебя ищет», — променталила Ванесса.
«Да чёрт, когда ж они угомонятся», — Шакал потёр ладонью лоб. — «Ладно, сейчас я отвлеку его разговором, а вы, госпожа, напяливайте на Алису ухо Яноса и суйте в диван. Да и сами прячьтесь в шкаф».
«***»
«Понимаю, что не нравится, но НАДО».
«Сам бы попробовал с этой кастрюлей на голове простоять несколько часов», — недовольно променталила Ванесса.
На ресепшене Шакала ждал пухленький мужчина в коричневого цвета костюме, с тростью и с котелком на голове.
— Добрый день, — поздоровался Шакал.
— А-а-а, здравствуйте, мистер. Это вы Шакал Тёрнер? — разулыбался посетитель.
— Всё верно, — Шакал слегка кивнул.
Фамилию Тёрнер он назвал, когда его спросили, на какую фамилию оформлять условно поддельные паспорта. Так они стали Шакалом Тёрнер, Ванессой Тёрнер и Алисой Тёрнер. Ничем не примечательная семья предпринимателей-иммигрантов, заслуживших гражданство города Торент.
Когда Ванесса в первый раз увидела свой паспорт, то расплакалась. Используя взятки и связи Адома, Шакал сделал то, чего они с матерью не могли добиться годами. «Ах, мама, если бы не твоё упрямство, ты бы сейчас была здесь, с нами», — печально тогда подумала Ванесса.
— А с кем имею честь разговаривать? — поинтересовался Шакал.
— Глава ревизионного отдела северо-западной части столицы Эрли Райт, — Эрли поднял трость к котелку и кивнул.
В Ритании не были распространены рукопожатия. Чаще всего равные по статусу граждане ограничивались кивками и устными приветствиями. Обеспеченные и статусные граждане позволяли носить себе короткую трость и здоровались с более низкими по статусу гражданами кивками или постукиванием тростью по полю шляпы, но чаще всего ограничивались просто коротким постукиванием по полу. Шляпы было жалко. Перед аристократией статусный гражданин должен развести руки в стороны и сделать реверанс. Аристократы между собой здоровались устно и кивками, как простолюдины, но с менее статусными гражданами они здоровались, стукая более длинной тростью по полу. С простолюдинами и иммигрантами аристократы вообще никак не здоровались. В присутствии аристократа столь низко статусные люди должны стоять смирно, дышать незаметно и вовсю косплеить мебель.
— Что-то ревизионный департамент зачастил в наше скромное предприятие. Не позднее как пару дней назад я имел честь принимать у себя целую делегацию.
— О нет, что вы, что вы, я здесь исключительно как частное лицо. Прибыл, чтобы пообщаться с вами в непринуждённой обстановке.
— А, ну тогда прошу в переговорную, сейчас принесу угощения и чай.
Эрли как-то косо посмотрел на дверь переговорной, будто почувствовал, что его заманивают в капкан.