Вскоре от палаток запахло жареным мясом. Вот с этого момента праздник и начался. Дневную часть праздника отдали акробатам и аттракционам. Да и некоторые взрослые люди воспользовались моментом, чтобы совершить несколько сделок, а также устроить смотрины для молодых. К вечеру, когда закончился отдых тела, а душа требовала хлеба и зрелищ, люди собрались за столами, кушали, смотрели на салют и ожидали, разумеется, танцевального выступления с песнями. У них не было артефактов, многократно усиливающих звуки, но за пару дней сколотить сцену формой рупора Шакал и бригада столяров успели. Сцена находилась под холмом так, что всем было хорошо видно и слышно.
— Ну что, дамы и господа, красавцы и красотки, девушки и парни, мальчики и девочки, вы ходите зрелищ?
— Да-а-а, — одобрительно загудела толпа перед сценой.
— Вы хотите песен?
— Да-а-а-а.
— Вы хотите плясок юных очаровательных девиц?
— Да-а-а-а.
— Их есть у меня, сегодня, в этот волшебный вечер, перед вами выступят две очаровательных юных ведьмы, чей голос сладок как мёд, чьи тела гибкие словно прутик, чьи движения соблазнительны, словно несбыточная мечта, — расписывал Шакал своих подопечных и разогревал публику.
— А-а-а-а, — взволнованно закричала толпа.
— К вашему сегодняшнему удовольствию прошу — Ванесса и Алиса, чёрная и красная ведьмы.
Шакал встал боком, приглашая на сцену «актрис», на сцену никто не выходил.
Воцарилась тотальная тишина.
— Ванесса и Алиса, чёрная и красная ведьмы, — повторил он окончание своей фразы, — Прошу.
На сцене снова никто не появился. В тотальной тишине громко прочирикал сверчок. В толпе послышались смешки. Народ был заряжен положительными эмоциями после дня веселья, и никто даже не думал начинать скандал. А кривляние Шакала толпа воспринимала как юмористическую постановку.
— Ванесса, Алиса? — сказал Шакал, теряя терпение, смех из толпы уже начал его перебивать, — Э-э-э, секундочку, маленькая техническая неполадка.
Шакал скрылся от хохочущей толпы в закулисье. Там в халатиках стояли Алиса и Ванесса. Последняя была чем-то очень сильно недовольна. В руках она держала бубен.
— В чём дело? Почему не выступаете? — недовольно начал Шакал.
— Почему не выступаем? Да как в таком выступать? — Ванесса сбросила с себя халатик.
Из одежды на ней были только ленточки синего, красного и белого цветов, на поясе и лодыжках бубенчики.
— И она, — Шакал ошалело указал на Алису.
Та скинула свой халатик — тоже одни ленточки только оранжевые, розовые и зелёные. На кистях, лодыжках и поясе бубенчики.
— Посмотри, что она натворила, как в этом выступать, нас со сцены помидорами закидают, — негодовала Ванесса.
— Ну, я не успевала, — в свою защиту буркнула Алиса.
— Не успевала, попросила бы о помощи, — окрысилась Ванесса.
— Я старалась, я спешила, и ничего ты не понимаешь, по-моему — очень красиво, — Алиса повертелась на месте.
— Уй-ё — вздохнул Шакал, ощущая, как ноги становятся ватными, — Госпожа, а у вас сзади тоже?
— Ага, — Ванесса повернулась спиной, между ягодиц была натянута одна широкая ленточка белого цвета.
— А вы это одевали или наматывали? — слегка обалдев, спросил Шакал.
— Не смешно, — буркнула Ванесса.
— Да, такого чопорные Геранские жители ещё не видели. Ладно, госпожа, вы уж как-нибудь выступите. А то это точно добром не кончится.
Глава 159 ок
Шакал снова вернулся на сцену, сейчас уже немного ошалелый от предстоящего представления. На всякий случай у него заготовлена пара снарядов с селитрой в купе с одной очень дымной смесью. Если будут бить, он кинет эту адскую смесь в костры, освещающие сцену. Это даст им немного секунд, чтобы убежать.
Когда он появился на сцене, народ, разговаривающий уже на свои темы, притих.
— А сейчас вашему вниманию, — который уже раз за день выдавил из себя Шакал. Нужного энтузиазма своему голосу не смог придать даже он.
— Чёрная и красная ведьмы.
Не дожидаясь, когда они выйдут, достал дудочку и заиграл на ней. Дудочка в этой песне требовалась только для начала. Дальше мелодию будут поддерживать ударные и струнные музыкальные инструменты. Когда заиграли струнные, сначала донёсся девичий голос.
— Лай-Лалай-лай, ла-ла-ла-лай, ла-ла-ла-ла, — послышалось двойное пение из-за кулис.
Когда на сцену выскочили Алиса с Ванессой, народ перед сценой громко вдохнул.
«Будут бить, возможно даже ногами,» — напрягся Шакал, нащупывая дымовые снаряды.
Но народ был пьяненький и расслабленный. Самые маленькие детишки давно спали, чуть постарше занимались своими более интересными делами: например слушали чуть в стороне сказки, рассказываемые одним седобородым старцем. И поэтому народ был готов проявлять терпимость. Особенно, учитывая жадный до зрелищ сельский менталитет.