— Мама?
— Да, дочка, ох и натерпелась же ты.
— Мама, я старалась, я хотела, чтобы у них было всё хорошо, я, я…
— Тише, тише, всё хорошо, теперь у нас всех будет всё хорошо, возьми мою руку и пойдём, — Эльвира склонилась над ней и протянула ей свою ладонь.
— Пойдём, куда? — опешила Ванесса.
— К твоим друзьям, в хорошее место, там, где нет боли и страданий. Они уже ждут тебя и дедушка тоже, там все мы сможем жить одной большой семьёй.
Ванесса, собиравшаяся взять мать за руку, отдёрнула её, услышав и переварив информацию.
— Я умерла?
— Нет, глупенькая, но разве ты не хочешь воссоединиться со своей подругой и Шакалом, разве ты не хочешь остановить свою боль?
— Моя мама ничего не знала о Шакале, он появился после того, как ты умерла.
— Я переживала за тебя, доченька, следила за твоими успехами и неудачами.
— А ещё моя мама никогда не называла меня «доченькой» столько раз подряд. Я знаю кто ты! Перестань порочить образ моей матери, тварь.
— До-га-да-лась, — по слогам ответила Тёмная, преображаясь.
Светлые одежды стали серыми и потасканными, больше напоминающими половую тряпку не первой свежести. Волосы почернели. Красивая причёска исчезла, её заменили простые длинные волосы, глаза и губы почернели, кожа побелела до состояния мела.
— Тёмная.
— Я пришла за тобой, Ванесса, возьми мою руку и прервём твои мучения.
— И что будет?
— Ты уснёшь.
— А ты проснёшься и займёшь моё место, так?
— Это не важно, подумай о себе, тебе мало страданий?
— Да, пошла ты! Ничего ты не получишь!
— Ты сопротивляешься? Посмотри по сторонами, твой защитник мёртв, — Тёмная подошла к бездыханному аватару и пнула его в голову, а потом улыбнулась. — Давно хотела это сделать, как же долго он меня сдерживал.
— Вот и катись восвояси.
— Нет. Мои оковы сброшены, а ты осталась одна. У тебя не осталось ни семьи, ни друзей. На что ты надеешься? Твоя подруга тоже мертва и это всё твоя вина!
— Неправда, я сделала всё, чтобы спасти её.
— Да, неужели. А подумай, оказалась бы она в этой ситуации, если бы не встретила тебя тогда в Торенте, возле виселицы Хариса? Её бы безусловно поймали и заклеймили, но она бы была жива. Или твой защитник Шакал, не сгинул бы он в бездну, если бы ты тогда не потащила его в армию Геранска. Это ведь ты приняла это решение и больше никто. А давай отправимся ещё глубже. Твоя мать была бы жива, если бы ты тогда не попалась на глаза констеблям. А твой дед Адом, он так тебя любил, а ты обрекла его на одиночество и смерть. Кул был бы сейчас жив, если бы ты не отдала свой артефакт Фаби. У них бы просто не было бы причин убивать его. Стронг пожертвовал своей жизнью, чтобы спасти тебя и был нашпигован иглами. Твоя подруга доверила тебе самое дорогое, что у неё есть, свою дочь, а ты не смогла даже защитить её, пока малютка не родится. Во всём виновата ты, все эти смерти на твоей совести. Возьми мою руку, искупи свои грехи, облегчи свою судьбу.
Во время своей обличительной речи Тёмная не стояла на месте, она ходила перед Ванессой, словно маятник взад-вперёд, или словно выжидающий стервятник. Периодически тыкая в неё пальцем. Ванессе же было больно. Все сказанные Тёмной слова больно били, ранили её душу. В ней копилась боль и ненависть, отчасти к самой себе.
— Съе***ь на х*й, — Ванесса плюнула в протянутую ладонь.
— Ха, ты надеешься? Ты не сдаёшься? Ты думаешь, что после всего пережитого у тебя будет нормальная жизнь? Ванесса, твоё детство закончилось, я покажу тебе, что такое настоящая боль.
Тёмная схватила Ванессу за волосы и окунула её в воспоминания, заставляя пережить самые худшие и болезненные моменты её жизни.
— Эй, мы же, вроде, договорились, вели им чтобы остановились.
— От неё не убудет.
Боль.
— Беги!
— Мама!
Боль.
— Поставить клеймо там, где не смотрят.
Боль.
— Всё кончилось?
— Нет, Ванесса, всё только начинается.
— Нет, прошу. Я больше не хочу. Давай останемся здесь навсегда, вдвоём, ты и я?
— Ты же знаешь, это невозможно.
Боль.
— Я не готовил тебя к мести, я готовил тебя к новой жизни.
— Я не понимаю тебя, дед.
Боль.
— Отпусти.
— Не отпущу. Мы всё обсудим и сможем двигаться дальше…