— Герр лейтенант Артур де Джиленксона, разрешите ПОССАТЬ?!
— Тёрнер, я надеюсь там тебе перережет глотку эльф!!! — проклял его лейтенант.
Шакал отошёл от дороги. На самом деле, по нужде ему не хотелось, он хотел осмотреть подбитый танк. 8-я железнодорожная не первая, кто заявился на этот конфликт, участвовали и другие корпоративные армии, и кое-какие стычки авангардов уже происходили. Результатом такого общения были периодически встречаемые трупы, зажаренные до хрустящей корочки, или утыканные стрелами тела людей. И вот теперь это: танк, нашпигованный стрелами и копьями, будто ёжик. Подойдя ближе, Шакал стал изучать, как это так? Простым, казалось бы, примитивным оружием ночные эльфы умудрились сбить механизм с многосантиметровой железной бронёй. Оказалось, что всё очень просто — магия.
— Ну, что думаешь, Тёрнер? — спросил у него Барсик. Теперь они с Шакалом находились в равных чинах.
— Очень интересно. Видишь эти стрелы? Они входили в железо, словно в пластилин или глину? Как такое возможно? Попытайся вытащить одну из них.
Барсик попытался, но только сломал древко, оставив сам наконечник внутри брони танка.
— Не получается, она застряла.
— Угу, и неудивительно: посмотри на края дыры, они оплавлены.
— И что это значит?
— Это значит, что наконечник стрелы был достаточно горячим, чтобы на полной скорости расплавить броню танка, да ещё и уйти глубоко внутрь. Но при этом при всём, наконечник не сжёг древко стрелы. Удивительно.
— Ты восхищаешься нашим врагом?
— Не врагом, а противником; ночные эльфы ничего ни тебе, ни мне не сделали. Но нам нужно больше знать о том, с кем мы воюем.
— И много ты узнал, глядя на этот танк?
— Да. Как ты думаешь, что загубило экипаж танка?
— Стрелы пробили броню и убили солдат.
— Нет. Я лазил внутрь, там нет трупов.
— Тогда, кто-то жахнул по ним сильным заклинанием, — Барсик указал на громадную дыру в тыловой части танка. — Оно пробило броню и испепелило экипаж.
— Нет. Взрыв произошёл, когда экипаж уже покинул танк.
— Ты хочешь сказать, что экипаж танка покинул безопасную кабину прямо во время боя? Но зачем им так нужно было поступать, это же безумие?
— Напротив, всё логично. Смотри, стрелы разогрели обшивку так, что экипаж начал зажариваться внутри, как в духовке. Железо очень хорошо проводит тепло. Командир отдаёт команду покинуть машину, но чтобы не отдавать её в трофей врагу, ставит бак с топливом для огнемётной башни на самоуничтожение. Он гораздо значительнее экранирован от различных форс мажоров, потому и не взорвался. Экипаж выбегает и попадает под обстрел лучников. А бак с топливом взрывается и уничтожает машину. Посмотри повнимательнее на края пробоины, видишь? Взрыв шёл изнутри.
— Да, только всё это без толку, они всё равно не выжили.
— Не выжили, но и ценную информацию унесли с собой в могилу. Командир танка — герой.
— Какую информацию? И что тут геройского — угробил и себя и парней?
— Ну, во-первых, техника противника — это кладезь информации. Если бы они знали, где находится бак с топливом для огнемёта, то ударили бы туда копьём. Их копья пробивают обшивку, и до бака с топливом дотянулись бы. А вот экипаж не спасся бы, даже если бы сдался. Ночные эльфы воюют по своему кодексу чести. Взять пленного — значит опозорить его по полной программе. Убивая своих врагов, они оказывают им честь. Если хочешь сдаться ночному эльфу в плен, то вымажи фекалиями своё лицо, это равносильно поднятому флагу. Считается, что честь такого труса не спасёт никакая смерть.