Смрада разложения не было. Воздух был лишь чуть более горячим и влажным, чем в душных джунглях внизу. Тело должно было быстро сгнить, но всё же — Арвин принюхался — единственным запахом был запах трав, или, может быть, цветов, сладкий, приятный аромат.
Пещера, в которой лежал труп, была искусственного происхождения. Её стены были правильной круглой формы, гладкими, как и потолок с полом. Гробница.
Когда глаза Арвина привыкли к сумраку, он различил новые подробности. В некоторых чешуйках мёртвой юань-ти сверкали драгоценные камни величиной с орех. Хотя Арвин не мог различить цвета, учитывая размер камней, он был уверен, что они необычайно дорогие. Любой из них, вероятно, на целый год мог обеспечить его едой, одеждой и крышей над головой.
Летающая змея, за которой он последовал в гробницу, запорхала по помещению. Сделав несколько кругов, она пролетела мимо Арвина, возвращаясь назад тем же путём.
Арвин приземлился на пол и снова принял человеческий облик, сохраняя осторожность. Он выждал несколько мгновений. Если в гробнице и была какая-то магическая защита, пока что она не пришла в действие. Он стряхнул с себя ранец и развязал его, достал шкатулку с верхней половиной Змеиного Круга. После быстрых раздумий он понял, что лучшее место, где он может спрятать артефакт — внутри тела. Стараясь не касаться мёртвого чудовища — особенно после встречи со змеиным скелетом в логове Сибил — он использовал псионическую руку, чтобы открыть трупу пасть. Потребовалось приложить усилия — ссохшиеся сухожилия челюсти были твёрдыми, как старая кожа — но в конце концов пасть со скрипом раскрылась. Тёмную пещеру озарила вторая серебряная вспышка, когда он воспользовался псионикой, чтобы поднять шкатулку в воздух. Он сунул её в пасть, устроив в вилке раздвоенного языка юань-ти. Затем он закрыл челюсти. Клыки щёлкнули с таким звуком, как будто закрылся замок.
Арвин надел свой ранец и начал разворачиваться. Но потом снова повернулся к чудовищу, не в силах противиться искушению. Вытащив кинжал, он отковырнул с чешуи самый крупный камень — обладавший необычной огранкой в форме звезды, которая должна была удвоить его стоимость — и поймал его свободной рукой, когда камень упал. Арвин замер на месте, выжидая. Ничего не случилось. Облегчённо вздохнув, он сунул камень в карман и вернулся к тоннелю, представляющему единственный выход из гробницы. Опёршись о стену одной рукой, он приготовился превратиться в летающую змею.
Тихое шипение заставило его отдёрнуть руку.
Из стены в том самом месте, где только что была его рука, из твёрдого камня, показалась голова змеи. Затем она пропала.
Второе шипение, такое же тихое, раздалось на потолке у него над головой. Арвин пригнулся, у его лица сверкнула быстрая теневая рябь. Он успел заметить изогнутые клыки. Затем эта змея, как и первая, исчезла.
С колотящимся сердцем он огляделся, пытаясь разглядеть, куда пропадают змеи. Там, где показалась первая змея, на стене виднелась небольшая неровность — волнистая линия, которая могла быть складкой известняка или тенью одной из колонн в дальнем конце тоннеля. Откуда-то из глубины камня прозвучало зловещее шипение.
Гробницу всё-таки защищали — теневые гадюки.
Много лет назад Арвину довелось повстречать такое создание с плана Тени. Волшебник, с которым его свела гильдия, придумал гениальную идею создать «мантию теней» из сброшенной кожи одной из волшебных змей. Результаты эксперимента оказались фатальны. Когда Арвин прибыл в мастерскую мага, его встретил не живой волшебник, а теневое создание, в которое тот превратился. Теневая гадюка сбежала из его пут и укусила несчастного.
Арвин решил, что один камень, каким бы драгоценным он ни являлся, не стоит того, чтобы умирать.
Когда из стены снова высунулась теневая голова, Арвин вытащил камень из кармана и катнул его назад к мёртвому чудовищу. Это сработало; теневая гадюка поползла за камнем. Арвин превратился в летающую змею. Махая крыльями с той же бешеной скоростью, с какой стучало его сердце, он понёсся вниз по тоннелю. Из стены возникла теневая гадюка, чтобы проследить, как он ныряет в дыру, ведущую в первую пещеру, но нападать не стала.
Вернувшись на солнечный свет, где теневых созданий можно было не опасаться, Арвин снова превратился в человека. Он коснулся своего обрубленного мизинца, испытывая благодарность за проведённое в гильдии время. Не будь он свидетелем того, что стало с волшебником, то никогда не узнал бы теневых гадюк.