— У тебя получилось. — Феликс широко разводит руки, давая мне хороший обзор углов его загорелого торса.
Арчер открывает двери, и Феликс, не теряя времени, открывает мою, протягивая мне руку.
Я подчиняюсь, позволяя ему помочь мне выйти из машины.
Глаза Феликса переходят от моего лица до моих ног, прежде чем расширяются. — Ты выглядишь... — Он потирает заднюю часть шеи, на которой, как я понимаю, синяк, и добавляет: — Просто... вау. Великолепно.
Феликс украдкой быстро чмокает меня в уголок рта, немного резко и неожиданно, но я оставляю эту мысль, а также мысль о черно-синих пятнах на его шее при себе.
-Спасибо. — Говорю я ему, пытаясь контролировать нарастающий жар на моем лице.
Арчер и Хендрикс выходят из "Порше", Хендрикс машет Феликсу, а Арчер странно выпячивает подбородок, что делают парни, когда не уверены, стоит ли им пожимать руку.
Или просто не хотят.
Некоторое время мы стоим в неловком молчании, прежде чем я говорю: — Ну что, сделаем это? – Оглядываясь на всех троих.
Когда, черт возьми, я успела стать руководителем группы?
— Абсолютно, мы отлично проведем время. — Феликс без малейшего колебания кладет руку мне на поясницу. Не то чтобы такой парень, как он, должен беспокоиться о нервотрепке на первом свидании.
Где у таких девушек, как я, уже потеют ладони, мечтая развернуться и убежать.
Мы подходим к дому таким образом, Феликс держится за меня, а Арчер небрежно кладет руку на плечо Хендрикс.
Если когда-либо и было время, когда я чувствовала себя маленькой, то именно сейчас, потому что чем дальше мы поднимаемся по ступенькам к входной двери, тем больше кажется этот дом. Одни только колонны выглядят так, словно им место в Олимпе, а не в штате Нью-Джерси.
— Йо, йо, йо как дела?! — Сэмпсон стоит в дверях, за спиной гремит музыка, с его золотисто-коричневой кожи стекает вода, в руке он держит напиток. — Добро пожаловать в мой дом, который, конечно же, является вашим домом на этот день.
Я могу сказать, что он уже навеселе, и часть меня завидует тому, насколько он расслаблен, когда ведет нас в фойе.
Который легко можно принять за гранд-отель.
Люстры, белый мрамор, золотые перила и потолочный люк, который больше похож на планетарий, чем на чертово окно. Даже мебель украшена золотыми вставками, которые вполне могут быть из настоящего золота.
И все это ради горстки пончиков. Ха. Чем больше ты узнаешь.
— Вечеринка в задней части, но не стесняйтесь осмотреться. — Сэмпсон объявляет, вероятно, для меня, поскольку я не перестаю этим заниматься.
— Нет-нет-нет, я готов выпить. — Арчер потирает руки, и Хендрикс поднимает палец.
— Да. Или пять.
Феликс обращает свое внимание на меня, полагаю, думая, что мне будет интересно. — Хочешь экскурсию?
— Нет, нет. Давай выйдем на задний двор.
Кивнув, мы все четверо идем по коридорам дома, пока не достигаем стеклянных дверей, которые выходят на задний двор площадью в несколько акров. Я не упускаю из внимания, что Феликс обнимает меня крепче, когда мы выходим на мощеную палубу.
Нас окружает громкая музыка, а также десятки практически голых пьяных подростков.
Кто-то танцует, кто-то пьет, кто-то смеется. Кто-то делает все одновременно.
Кажется, никто не замечает моего прибытия, что является облегчением и может сыграть в мою пользу, если я продолжу держаться в тени.
Ты здесь не поэтому. Моя совесть напоминает мне. Ты здесь, чтобы побеждать.
Победить. Победить. Победить, черт возьми.
— Хочешь чего-нибудь выпить?! — Феликс кричит мне в ухо сквозь музыку, но легкое покалывание, пробегающее по моему позвоночнику, заставляет меня застыть на месте, не в силах ответить. Это то же самое чувство, которое я испытываю, когда мое тело ощущает его присутствие, сопровождаемое глубоким холодом, который все еще проходит через меня, несмотря на жару.
Крейтон здесь. И он наблюдает за мной. Я бы поставила на это любую сумму денег.
— Привет, Бекс. — Рука касается моего плеча, и я подпрыгиваю, приходя в себя так быстро, как только могу. — Ты в порядке? — Спрашивает Феликс, и я отшучиваюсь.
— Да, извини. Просто отключилась на секунду. Вообще-то, я бы с удовольствием выпила.
Снова положив руку мне на поясницу, Феликс разворачивает нас к бару и ведет меня к нему сквозь толпу, в то время как двое моих друзей и Сэмпсон следуют рядом с нами.
Прямо здесь.
В уединенном месте сбоку от бара я первым замечаю Сейнта, который тянется через кофейный столик, чтобы взять что-то похожее на бутылку водки. Там, как и ожидалось, тоже стоят Леви и Риггс, каждый с девушкой под мышкой.
Как мотылек на пламя, мой взгляд устремляется влево, туда, где загораживало тело Сейнта, и обнаруживает его твердую, как сталь, фигуру, вытянувшуюся в кресле. Крейтон опирается локтем на подлокотник, откидываясь назад и широко расставляя ноги в манере соблазнительного парня. Он в своих обычных черных джинсах и футболке; единственный признак того, что на него повлияло солнце, — это темные очки, закрывающие его глаза.
Может, я и не в состоянии видеть, на что он смотрит, но легкое подергивание его губы делает неоспоримым, что это я.
И он не рад меня видеть.
Вопреки утонченному выражению лица его драгоценной, Ледяная Королева убеждается, что я прекрасно могу прочитать ее злобную усмешку.
Это говорит мне, что она ждала именно этого момента.
Что я просто бросаю пресловутый мяч на ее поле, и она готова играть.
Но вряд ли она знает, что я готова победить.
К черту Алексис, команда шлюх уже сплотилась за ее спиной, а кулак дьявола в черном становится белым.
Крейтон может забрать их всех с собой в ад.
Тряхнув волосами, я продолжаю идти, крепко держась за прохладный фасад, притворяясь, что слушаю то, что Феликс говорит группе, что заставляет их смеяться. Когда я присоединяюсь к нему, он инстинктивно притягивает меня ближе, его рука скользит вверх по моей спине и ложится на плечи в откровенно собственнической манере.